— Матушка любила это повторять, когда я увлекался настолько, что забывал поесть или сидел с книгами до самого рассвета.
Эти слова вызывают тепло, возвращают в детство, снова дают то чувство, когда маленький принц не мог дотерпеть до следующего дня, чтобы снова взяться за какое-то дело, потому тайком выбирался из постели и садился у окна со свечой, лишь бы поскорее дочитать или закончить фигурку. Одна из них и сейчас стоит на камине, но он даже помнит, что тогда изображала эта форма.
— Значит, я права? — уточняет девушка, гордо подняв голову, чтобы выглядеть строже, чем снова вызывает тихий смех. — Раз так, мне придётся следить за тобой, и, поверь, я не спущу с тебя глаз, — она аккуратно тычет пальцем в его нос и прищуривается в подтверждение своих слов.
— Как пожелаешь, душа моя, — отвечает принц с улыбкой, а Астрид видит в глазах грусть, от чего вздыхает, отводя взгляд.
— Я напрасно напомнила о ней? — осторожно спрашивает. Может эта шутка снова открыла старую рану, ещё и в такой момент...
Роланд смотрит в глаза, видит беспокойство.
— Мне бывает грустно лишь от того, что время ушло, и я не могу её обнять. С тобой мне больше не одиноко. С тобой я счастлив, несмотря на весь хаос вокруг, — он подхватывает ладонь и оставляет новый поцелуй, видя, как щёки девушки краснеют от этого жеста, она сжимает руку в ответ и переводит взгляд на книгу рядом, пытаясь сменить пока неловкую тему.
— Я обыскала все полки, но больше не нашла её дневников... — говорит с сожалением, словно сама упустила их.
— И в её прежних покоях ничего нет, — продолжает принц, вспоминая тот день. — Совсем ничего... Словно её там никогда не было...
— Тогда боюсь, этих книг нет во дворце. И я не могу сказать, когда они пропали, раз они не были записаны с остальными, и связано ли это с другими пропажами... — Астрид ухватилась за единственную, как ей казалось, подсказку, но она не подтвердилась. — И раз обыски ничего не дали...
— Это больше похоже на прикрытие. Мы знали, что Иосиф не будет хранить улики в своём кабинете. То единственное письмо... Может он забыл его или оставил намеренно, зная, что ничего в нём нет. Нам нужно найти его тайники, к этому и могла найтись подсказка в его доме. Идея была хорошая.
— Разве переписка с монархом другого государства не вызывает подозрения сама по себе?
Роланд усмехается. В других обстоятельствах это было бы правдой.
— А кто по-твоему вёл переписки с другими странами, пока отец был болен? Нет, Иосиф найдёт способ оправдаться здесь, нам нужно что-то неоспоримое. — юноша вздыхает, прикрывая на секунду глаза. — Но думаю, ты права, сегодня стоит отдохнуть. Сейчас мы больше ничего не сделаем.
Девушка кивает и осторожно ведёт пальцами по бархатной обложке.
— Тогда почитаешь мне свои сочинения?
— Если останешься со мной на ночь, — сразу отвечает принц, заправляя спадающую чёрную прядь за ухо. — Я же вижу, ты тоже устала.
В ответ Астрид вздыхает и кивает с улыбкой, потому принц поднимает её на руки и несёт в кровать. Он лишь расстёгивает воротник, чтобы освободить шею и читает свои рассказы, сказки о приключениях, пока не замечает, что его слушатель давно спит, обняв край подушки. Юноша убирает книгу и осторожно оставляет поцелуй на тёмной макушке, наблюдая за невинным сном.
Лёд и пламя
Покорёженный от времени службы металл решётки неприятно скрипит, впуская гостя внутрь, от чего находящиеся там замирают в ожидании, приближающиеся тихие шаги выдают слугу, что останавливается в двух шагах от сидящего на полу пленника, осматривает сверху вниз.
— Ты ведь привык к такому, верно? — спокойно говорит Ланс, намекая на новые побои на лице генерала. Он так и не сказал ни слова под ударами стражи, остался предан своему пути, считая его верным.
— Да что ты знаешь... — выплёвывает мужчина, поднимая уставший взгляд под опухшими веками.
— Знаю достаточно, — твёрдо отвечает юноша, делая шаг к нему. — Знаю, как храбро ты сражался, будучи ещё новобранцем. Знаю, как защищал людей Нордшира, подавлял восстание и сражал разбойников в пустыне. — он присаживается, склоняя голову. — Знаю, как ты попал в плен к реданцам тогда на севере...