Именно она и приснилась ему. Сладостное видение из прошлого, которое никогда не вернется. Вместе они прогуливались по ликийскому побережью, целовались под пушистыми средиземноморскими соснами, а Джоанна сплела венок из алых маков, пылавших в ее волосах, как рубины, гранаты и кровь. И вся она, озаренная лучами ласкового солнца, веселая, смеющаяся, манила его, и Мартин сгорал от желания обнять ее…
Едва проснувшись, он постарался выкинуть сон из головы. За вечерней трапезой Сарра поведала, как охранник Муса ночью услышал негромкий стук в дверь, но не решился будить госпожу, пока внизу не началась жестокая схватка.
— Ты был быстр, как посланец ада, мальчик мой, — то ли с восхищением, то ли с упреком заметила женщина. — Один против четверых — и ни единой царапины! Мы с Мусой не знали, что и подумать, в особенности когда увидели, как ты пытаешься спрятать тела. Тогда я послала Мусу, чтобы он прибрал оставшихся и скрыл следы крови. Иначе нельзя: сейчас смертельно опасно привлекать к себе внимание властей. В Акре и без того очень тревожно…
Мартин заверил ее, что сделает все возможное, чтобы помочь ее семейству. Но когда завел речь о необходимости как можно скорее покинуть город, Сарра с сомнением покачала головой:
— Мыслимо ли это, Мартин? Мы не могли уехать и прежде, когда положение было далеко не таким плачевным. Потом мой несчастный муж умер, старшего сына Иону тоже унесла хворь, а после его кончины Леа была совсем плоха… Она и теперь слаба, а ведь вскоре ей предстоит родить! Не говоря о других моих детях, которые еще совсем малы…
Дети сидели здесь же, с любопытством разглядывая нежданного гостя. Кудрявой пухленькой Нехабе вот-вот должно было исполниться двенадцать, а малышу Эзре еще не было и пяти.
— Попробуем что-нибудь придумать, — неспешно произнес Мартин. — В любом случае я теперь с вами и сделаю все возможное и невозможное, чтобы вас не коснулась беда.
Сарра ласково дотронулась до его плеча.
— Ты всегда был добрым другом для нашего народа! Многие, кого ты спас, благословляют твое имя, поминая его в молитвах. Ашер был прав, когда решил воспитать тебя нашим защитником. Надеюсь, он достойно вознаграждает твои усилия, ибо ныне я не столь богата, чтобы рассчитаться с тобой. Видишь — даже слуг у нас теперь нет, остались только верный Муса и старушка Цила.
Мартин легко улыбнулся:
— Не понадобится никаких денег, госпожа. Ашер знает, как меня отблагодарить, когда я выполню его поручение и переправлю вас всех в Антиохию, где уже ожидает зафрахтованное Иосифом судно.
И он поведал, что Ашер бен Соломон обещал после его возвращения отдать ему в жены свою младшую дочь — Руфь.
— Вот как? — Рука Сарры, разливавшей в хрустальные чаши сок апельсинов, слегка дрогнула, и на стол выплеснулось немного оранжевой жидкости.
Мартин внимательно взглянул на нее.
— Вас это удивляет или огорчает, госпожа? Ради Руфи я готов пройти гиюр и стать евреем.
Сарра поставила на низкий столик кувшин с соком и ласково улыбнулась.
— Как я могу быть против, мой мальчик? Ты крещен по западному христианскому обряду, но ради милой Руфи хочешь стать одним из нас. Ты и прежде не раз доказывал, что глубоко чтишь народ Израиля, ты сделал много добра для сынов Сиона. И если Ашер считает, что ты достоин его дочери, а она — тебя, я буду счастлива назвать тебя дорогим родственником.
Но в глазах Мартина все еще таилось сомнение, и Сарра, заметив это, пояснила:
— Меня удивило не решение Ашера, а то, что его младшая дочь — уже невеста. В моей памяти она все еще остается той славной кудрявой малюткой, какой мне однажды довелось ее видеть.
Далее речь зашла о делах семьи Ашера бен Соломона. Мартин рассказал о том, как счастлива со своим мужем в доме даяна его средняя дочь Ракель, что старшая его дочь Тирца шлет письма из Марселя — ее брак вполне благополучен, и недавно она родила вторую двойню. Еще одна дочь — Иегудит — так располнела после родов, что ей приходится ставить на ноги пиявки, чтобы выпустить худую кровь, но и она счастлива в браке со своим мужем Натаниэлем — таким же толстым, как и она, что вовсе не мешает ему быть правой рукой своего мудрого тестя. Затем Мартин поведал, что единственный сын Ашера Иосиф проделал вместе с ним часть пути, направляясь к своей невесте Наоми в город Сис в Киликийской Армении.
— О, Ашер всегда умел позаботиться о детях и их будущем, — с улыбкой заметила Сарра. — Ах, Мартин, мой добрый друг, ты рассказываешь мне о них, и я так счастлива, словно только что повидалась с родней. Однако надеюсь, что эта встреча и в самом деле не за горами и ты также будешь с нами, ибо уже назовешь Руфь своей женой. Насколько я помню, она была самой милой из детей Ашера и красавицы Хавы.