— Государь, вы могли видеть меня в Аскалоне. Я Мартин Фиц-Годфри, сын вашего верного рыцаря Фиц-Годфри. Мой герб — оливковая ветвь на светлом фоне.
Гвидо кивнул, но без особой уверенности, зато коннетабль подтвердил: да, такой рыцарь действительно состоял в гарнизоне Аскалонской крепости.
Теперь следовало избежать дальнейших расспросов, и Мартин поспешил сообщить, что, даже оказавшись в плену, он продолжал служить своему королю, и едва узнавал новости, которые могли быть полезны крестоносцам, без промедления посылал стрелу с посланием к шатру короля Гвидо.
— Надеюсь, вы получали их, мой король! Я не подписывал свои послания, но всегда начинал словами: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа»!
— Так это ты! — широко улыбнулся Гвидо. Он спешился и заключил Мартина в объятия. — Мы многим обязаны тебе, Мартин из Аскалона. Клянусь оком Господним, когда мы отвоюем наше королевство, я верну и приумножу твои земли и щедро тебя награжу.
— Счастлив служить моему королю, — Мартин опустился на колено и поцеловал край плаща Гвидо. — Мне удалось сохранить для вас в Акре целый дворец, где могла бы разместиться резиденция, подобающая государю, однако… Герцог Леопольд Австрийский не пожелал слушать моих разъяснений и вломился туда вместе со своими латниками!
Зная Гвидо де Лузиньяна, он действовал точно и расчетливо: лишенный королевства монарх будет рад вернуть под свою власть хоть клочок собственной земли и не зависеть от подачек европейских государей. При первом же упоминании о Леопольде, приверженце Конрада Монферратского, Лузиньян нахмурился и велел проводить его к упомянутой резиденции, тем более что она, как пояснил верный Мартин Фиц-Годфри, буквально в двух шагах и совсем рядом с Королевским замком, где намерен расположиться Ричард Английский.
Так оно и было, однако на крыше дома Сарры уже развевалось белое знамя герцога Леопольда с изображением черного орла.
— Какого дьявола, Бабенберг! — закричал Гвидо, врываясь на коне во внутренний двор, где уже толпились со своими лошадьми люди герцога. — Вам разве не сообщили, что это здание предназначается мне?
— Угомонись, Лузиньян! — хрипло огрызнулся Леопольд. — Вечно ты оказываешься не там, где следовало бы. То под Хаттином, а теперь в доме, над которым уже установлено мое знамя. Неудачники всегда опаздывают!
— И тем не менее ты немедленно уберешься отсюда! — воскликнул Гвидо, выхватывая меч.
Мартин наблюдал со стороны. Люди Леопольда схватились за оружие, обнажили сталь и сопровождавшие короля Гвидо иерусалимские рыцари-пулены. Еще мгновение — и пролилась бы кровь победителей Акры.
Но в дело вмешались тамплиеры. Белые плащи с красными крестами вмиг заполнили двор, прозвучала команда убрать, во имя Господа, оружие.
Мартин укрылся за колонной, вглядываясь в лица храмовников. Уильяма де Шампера среди них не было, а приказы отдавал рослый воин с длинной каштановой бородой. На него-то и наступал Леопольд, размахивая мечом:
— Вы, де Сабле, хоть и магистр ордена, но это не дает вам права повелевать герцогом Австрии!
— Но именно на тамплиеров возложена миссия следить за порядком в Акре! — внезапно прозвучал твердый голос, и Мартин из своего укрытия увидел, как во двор, осматриваясь, неторопливо въезжает сам король Ричард.
Его алое облачение и снежно-белый скакун ослепительно сияли в лучах солнца, и все, кто находился здесь, невольно повернулись к королю, спорящие голоса вмиг умолкли, и даже герцог Австрийский, еще минуту назад полный спеси, смешался. К Ричарду обратился Гвидо, сдержанно пояснив, что его человек, посланный заранее, занял этот особняк, а Леопольд не пожелал его слушать и водрузил здесь собственное знамя.
Золотистые брови Ричарда сошлись на переносице, глаза сверкнули.
«Не хотел бы я оказаться мишенью его гнева», — невольно подумал Мартин, следя за тем, как король Англии направляет коня прямо на герцога, вынуждая его отступить за водоем.
— Какого дьявола, Бабенберг! — зарычал Ричард. — Вы туги на ухо или совсем потеряли разум от пьянства? Разве вы не слышали, как поделен город? И тем не менее осмеливаетесь водружать свои штандарты на доме, который находится в моей части Акры, а значит, принадлежит и королю Гвидо!
«Ого! Я этого не знал, но вышло совсем недурно», — усмехнулся про себя Мартин.
Затем Ричард повелел убрать знамя с кровли, и чуть ли не половина тех, кто находился во дворе, с готовностью бросились выполнять его приказание.
Но тут очнулся Леопольд. Взревев, как разъяренный вепрь, он рванулся было к королю, но на полпути его удержали рыцари из его же свиты. Английский Лев с мрачной насмешкой смотрел на него с седла, тамплиеры в белых плащах строем окружили австрийцев. Знамя австрийских герцогов было сброшено на улицу, и люди Гвидо водрузили вместо него бело-голубой флаг Лузиньянов, а заодно и алый стяг короля Англии, чтобы больше никому не пришло в голову посягнуть на здание в той части города, что, согласно договору между предводителями крестоносцев, принадлежала Ричарду.