— Мне нужно, чтобы ты поехал в мою квартиру и проверил Бетани, — мне не нужно было говорить ему, где спрятан ключ или как он может войти без него. Для тех из нас, у кого было жилье в другом месте, Рейн потребовал запасные комплекты ключей на случай чрезвычайных ситуаций. Они были спрятаны в панели пола в общей комнате под кофейным столиком.
— Она больна? — он не любопытствовал. Это было не в его стиле. Во всяком случае, я подумал, что он, возможно, задавался вопросом, должен ли он взять что-нибудь с собой на случай, если она больна.
— Она проходит детоксикацию, недавно очистилась, и я беспокоюсь, что она может употребить наркотики и получить передозировку.
Вот. Это было сделано.
Тишина на другом конце провода была оглушительной и достаточно долгой, чтобы я убрал телефон, чтобы убедиться, что мы каким-то образом не разъединились.
Мы этого не делали.
— Если у нее передоз?
Я слышал, как хлопнула дверь и завелся двигатель. Он не терял времени даром. Слава Богу.
— Если это так, заставь ее блевать и вызови полицию.
— Не было бы быстрее…
— Копы знают наркокурьеров в нашем районе. Так быстрее.
В нашем городе копы приезжали на вызов о передозировке менее чем за две минуты, и, благодаря растущему числу смертей от героина в этом районе, полиция начала проводить профилактику от наркозависимости, чтобы обратить вспять последствия передозировки.
Это могло бы спасти ей жизнь, если бы она попала в беду.
— На связи. Я позвоню тебе, как только узнаю, что происходит.
С этими словами он закончил разговор.
— Я здесь не врач, — минуту спустя Паган прервал напряженное молчание, — но я почти уверен, что ты должен дышать. Ну, знаешь, вдыхать через нос, выдыхать через рот. Я не помогу, если ты потеряешь сознание.
Может быть, Рейн все-таки был прав насчет него.
Я был спокойным парнем.
Как и Эдисон.
Но мы оба были напряжены. Это было ощутимое напряжение в воздухе вокруг нас, в самой жесткости наших поз.
Тем временем Паган был спокоен, насколько это было возможно.
Он не был придурком. Ему было бы насрать, если бы у Бетани была передозировка. Несмотря на все это, он был порядочным парнем, все сказано и сделано. И он держал голову прямо. Он отказывался беспокоиться, пока не убедился, что есть о чем беспокоиться.
Это было хорошее качество для нашей работы.
— Как ты нашел эту девушку? — внезапно спросил Эдисон, вырывая меня из моих мыслей, каждая хуже предыдущей.
— В ту последнюю ночь я отправился на прогулку. Я срезал путь обратно в лагерь и увидел, что у нее передозировка возле Чаза.
Эдисон кивнул, но промолчал.
То же самое почти никогда нельзя было сказать о Пагане.
— Так что, когда вы, ребята, поженитесь, и она родит для вас выводок сопляков, вам придется придумать более симпатичную версию встречи, чем эта. Я не думаю, что дети захотят услышать, что ты держал маму за волосы, пока ее рвало таблетками. Я не эксперт, но я мог видеть, что это оставляет шрамы у детей. Знаешь, может быть, вы двое посмотрели друг с другом блокбастер, и с этого все началось, блядь, конец. Потом они спросят, что, черт возьми, такое блокбастер, и ты сможешь перейти к другим темам.
— Брат, — сказал Эдисон, приподняв брови, как будто он думал, что этот человек сумасшедший. Которым он и был, так что это была обоснованная мысль. — Кому, блядь, ты продал свои яйца за информацию о том, что такое симпатичная встреча? Сначала гребаный Сайрус со своим Майклом Бубле, теперь этот хрен со своими комментариями в ром-коме (прим.перев.: романтическая комедия)? На данный момент мы — печальное подобие байкеров.
Мой телефон зазвонил, удивив меня настолько, что я чуть не выронил его, когда поднял и провел пальцем по экрану. — Рив…
— Ее здесь нет.
Может быть, эти слова должны были принести облегчение.
Это было бесконечно лучше, чем слышать, что она лежит мертвая на полу, холодная и ее невозможно спасти.
Но они не были утешением.
Потому что, если ее там не было, если она была где-то на улице, каковы были шансы найти ее, если у нее был передоз?
Ответ был прост — практически нулевые.
— Расскажи мне, — потребовал я, стиснув челюсти так сильно, что едва мог разжать зубы, чтобы выдавить звуки.
— Она готовила еду. В раковине замочена кастрюля, а в холодильнике… суп. Ее одежда свалена в кучу в спальне и ванной. Полотенце мокрое. Постель смята. Книга на столе в гостиной.
— Есть ли где-нибудь одноразовый телефон?
Последовала пауза, затем. — Да, на тумбочке.
Блядь.
— Может быть, ей надоела твоя дерьмовая квартира, и она пошла домой, — предположил Паган, заставив мою голову дернуться к нему, обнаружив, что он пожимает плечами.