- Вы попали сюда за измену. По крайней мере, такова официальная причина. Обычно за подобное наказывают смертной казнью. Но не вас, почему?
В напряженном молчании девочки отвели глаза вниз.
- Не бойтесь. Можете быть со мной откровенны. Все, что вы скажете, не выйдет за переделы этой комнаты.
Нелепая попытка изобразить дружелюбие не находит отклика. Безобразная улыбка на грубом лице скорее вызывает чувство страха, нежели доверия.
- Ну же, я просто хочу вам помочь. Вы знаете, кто я, и что я могу?
Набравшись смелости, Банг Чжу подняла голову и чуть слышно произнесла.
- Да, господин, мы знаем. Вы – начальник лагеря, Вэнь Пинь. И здесь вы можете абсолютно все.
- Очень хорошо, я рад это слышать. Ты абсолютно права, девочка, здесь я – фактически ваш император. Потому вам следует подчиниться моей воле, пока я спрашиваю по-хорошему! Отвечайте, почему вас не казнили?
- Господин, мы не знаем, по какой причине здесь оказались. Нас оклеветали, мы верой и правдой служили нашему великому императору и всем достопочтенным гостям его величества. Нас задержали во время уборки покоев и, не объяснив толком совсем ничего, бросили в повозку тюремщика. Так мы оказались здесь.
Сестры не перебивают рассказ Банг Чжу. По лицу допрашивающего видно, что он услышал то, что хотел.
- Схватили во время уборки и совсем ничего не разъяснили. Это неправильно.
Прицокивая, хитрый чиновник показательно покачал головой. В его воображении родился план, как незаметно для служанок получить побольше знаний о Шаншень.
- Подобного быть не должно. Таким юным созданиям не место в лагере заключенных. Тут слишком опасно, ведь он наполнен настоящими преступниками, изолированными от честных граждан Поднебесной после проведения обязательной судебной процедуры. Но вот, что я вам скажу. Ваше дело заинтересовало меня, поэтому я решил разобраться в нем лично и помочь вам.
Для пущей убедительности, лагерный воевода схватил со стола первый попавшийся свиток и развернул его, бегло разглядывая нахмуренным взглядом. Услышав, что им может быть оказана помощь, рабыни приподняли головы.
- Но обвинение в измене слишком тяжелое, даже моей власти и авторитета будет недостаточно. Чтобы я смог как-то повлиять на ход вашего дела, нужно больше подробностей о произошедшем.
Девочки украдкой переглянулись.
- Я не понимаю вас, господин. Мы - обычные бэй императора, как и тысячи других. Во дворце служим с самого рождения и даже не можем объяснить, что такое заговор, в котором нас обвинили.
- Хорошо, тогда отвечайте на мои вопросы честно и ничего не утаивайте, иначе я окажусь бессильным. Договорились?
Старшая из сестер молча движением головы дает согласие.
- Как вас зовут?
- Мое имя, Банг Чжу, господин. Это мои сестры Вуа Еши и Хэ Вуа.
- Они немые?
- Нет, господин.
Хором ответили младшие девушки.
- Нет, господин, но я старшая, все приказы мы получаем через меня.
- Вы действительно сестры?
- Этого мы не знаем, господин. С самого раннего детства мы неразлучны, начинали работать на императорской кухне. Госпожа Ли Цзы всегда говорила нам, что мы сестры, если и не по крови, то по общей судьбе.
Поставив свое кресло, начальник лагеря уселся напротив и закинул ногу на ногу.
- Госпожа Ли Цзы?
- Главная кухарка.
Сонный голос Банг Чжу едва слышен, отработав полноценную смену в трактире, девушки с огромным удовольствием отправились бы спать. Но Вэнь Пинь и не думает отступить и позволить юным бэй отдохнуть. Прикинув, что если допрос будет успешным, то он получит ценные данные, а если нет, то вежливое обращение с заключенными будет оценено богиней, начальник тюрьмы предлагает своим посетительницам чай. Напиток положительно влияет на самочувствие рабынь, голос Банг Чжу становится чуть бодрее. Нехитрыми манипуляциями опытный допросчик по ниточке сплетает историю, в ходе которой узнает об успехах рабынь в поварском деле, их работе в поле, где от девочек оказалось куда меньше пользы, и, наконец, переводе на службу непосредственно во дворец. Монотонный рассказ наводит явную тоску, плавно моргая, мужчина то и дело поглядывает на великолепные водяные часы, однако не перебивает, позволяя изложить заключенным свою версию произошедшего. Темная жидкость медленно наполнила третий сосуд, когда Банг Чжу заговорила о самом важном назначении в жизни юных бэй, эти слова моментально вдохнули свежую энергию в разговор.