- Кто сообщил вам о прибытии богини?
Брови старшей из сестер слегка нахмурились, младшие удивленно переглянулись.
- Но, я не говорила ни о какой богине, господин. Мы получили послание от начальника стражи Джена ин Йенши о скором возвращении во дворец нашего великого императора вместе с важным гостем, потому он приказал приготовить лучшие покои и приготовиться самим, поскольку нам предстояло стать личной прислугой для гостя.
Поняв, что слишком рано заговорил о посланнице Неба, Вэнь Пинь неловко попытался увести разговор в сторону.
- Ну да, важного гостя, я это и хотел сказать. Значит указание раздал начальник стражи, но почему он, разве во дворце нет других высокопоставленных императорских подданых, которые следят за комфортом пребывания Сына Неба и его посетителей в столичной резиденции?
- Обычно это входит в обязанности гунаня. Но, большинство слуг были заняты приготовлениями к торжественному ужину, возможно потому на себя эту роль временно взял кто-то другой. Правда затем.
Вуа Еши одернула подол потрепанного платья сестры.
- Что затем?
Голос начальника лагеря окреп, стал походить на рычание. Глубоко вдохнув, Банг Чжу продолжила.
- Затем господин Джен ин Йенши вызвал нас к себе лично и рассказал о том, что во дворец прибыл совсем необычный гость – это оказалась мудрая Шаншень Чжечу, посланница Тянь и защитница всех обездоленных. Он наказал нам служить богине, как мы служим императору и предостерег от любых ошибок.
- И все?
- Да господин.
Недоверчиво почесывая подбородок, Вэнь Пинь пристально взглянул своими черными глазами в невинные крохотные лица. Спокойные, безмятежные, они не демонстрируют симптомов страха.
- Хорошо, но пока совсем не понятно, из-за чего же вас могли обвинить в столь серьезном преступлении. Думаю, разгадка кроется где-то дальше. Расскажите о вашей встрече с Шаншень. Какая она, посланница Тянь?
Вопросы о богине насторожили девочек. Обещание, данное нашей героине, еще крепко в их памяти. Аккуратно, неторопливо, размытым языком, коему позавидовал бы любой государственный служитель, Банг Чжу поведала историю их встречи с гостьей из другого мира, в этот раз сестры помогали сложить все детали пазла воедино, чтобы не вызвать подозрения. Вэнь Пинь слушал очень внимательно, часто переспрашивал или просил дать некоторые пояснения, после чего чуть слышно одобрительно мычал. Словно подробный рапорт, что предоставляет военнослужащий своему начальству для разъяснения деталей какого-либо происшествия, главный тюремщик страны записал схему повествования рабынь о их первой и единственно встрече с той, в руках которой сейчас его будущее. Когда девочки умолкли, неуверенные лучи утреннего солнца украдкой проскользнули сквозь неплотно зашторенные окна и осветили чумазые лица юных рабынь, достойно выдерживающих коварный допрос уже многие часы. Задумчивым взглядом Вэнь Пинь изучает сделанные заметки, кажется, впервые за весь многолетний опыт работы ему не удалось добиться хоть сколько-то полезной информации, умело используемой начальником лагеря в собственных корыстных целях. Неумолимо бегущее время держит в напряжении, мысли вихрем кружатся в лысеющей голове. Ему удавалось добиться признаний от закоренелых преступников, договориться с самыми опытными аристократами, загадочным образом оказавшимися в его владениях. Даже сам император не устоял перед его доводами и развязал ему руки, позволив выстроить систему лаогай. Но от троих, как ему казалось, глупых запуганных бэй он не смог добиться ровным счетом ничего. По истечению множества часов изнурительной беседы на несколько помятом и надорванном свитке перечислены предпочтения богини в украшениях, метафорично описана ее любовь к купанию и массажным процедурам, а также несколько заметок, призывающих удивиться немногословности посланницы Тянь и ее нежелании прикасаться к людской пище, коей в обилии было приготовлено перед визитом гостьи. Отрицая возможность собственного поражения, начальник тюрьмы решает предпринять последнюю подлую уловку. Оторвавшись от размышлений, он встал и обошел свой стул, опершись на загнутую спинку.