Встрепенувшись, Лю спрыгнула с подоконника и приблизила лицо к стеклу, напрягая со всей силы зрение, девушка пытается различить образы людей. Однако солидная высота и дымка из надоедливого моросящего дождя не позволяют сфокусироваться. Сердце начинает учащенно биться, странное предчувствие призывает к действию. Спешно накинув на себя первые попавшиеся предметы гардероба, Лю выбежала из квартиры. Путь вниз еще никогда не был таким долгим.
- Ничего страшного, я сама!
Удивленный консьерж не успевает услужить молодой девушке. Задыхаясь, игнорируя многочисленные лужи, наша героиня помчалась через дорогу в парк. Глаза хаотично ищут яркие одежды, кажется, что это был обман, некая иллюзия, и никакой процессии здесь нет. Темные сырые дорожки безлюдны, что удивительно. Крайне редко можно наблюдать подобное. Внезапно со стороны послышались голоса и звук колокольчиков, тонкий, совсем как в храме у Головы дракона. Сквозь кусты мелькают пестрые цвета. Не помня себя от радости, девушка помчалась следом, все ближе и ближе становится странный отряд, уже четко виды всадники, их доспехи не отличить от доспехов личной охраны императора, а прически идущих пешком вторят моде прошлых тысячелетий. Один из путников, что выглядит самым старшим, остановился, указывает остальным куда-то в направлении дома Лю. Девушка не верит своим глазам, в образе старика она мгновенно узнает монаха.
- Джаохуа Ши, Джаохуа Ши! Я здесь!
Разбрасывая брызги по сторонам, Лю помчалась по мягкому газону в надежде сократить путь и догнать процессию. Громкие возгласы привлекли внимание ее участников, с нескрываемым любопытством они наблюдают за бегущей девушкой, что машет руками и выкрикивает свое имя.
- Это я, Шаншень!
Метрах в десяти от пораженных служителей храма Белых Облаков, совершающих ритуальную прогулку из соседнего района Сичэн, девушка останавливается. Ее взору наконец открываются изумленные лица, на шестах, играя с ветром, развиваются эмблемы старого даосского святилища. Тихо перешептываясь между собой, некоторые из них покачивают головами. Пристально посмотрев в изможденное лицо девушки, старец командует отправляться дальше. Процессия тронулась, потерянным взглядом Лю провожает тех, кого сочла своим спасением. Постепенно звук колокольчиков угас, наша героиня осталась одна. Тучи в небе почернели, мелкая изморось сменилась крупным дождем. К глазам подступили горячие слезы, уставшие ноги подкосились, уронив девушку на колени. Полный жгучей обиды и отчаяния крик вырвался из изящной груди, небо ответило раскатистым громом. Дождь усилился, превратившись в ливень. Опустив голову, Лю закрыла глаза. Окружающий мир ей противен. Из кармана штанов послышался назойливый жужжащий сигнал, игнорировать его становится невозможно. Прикрывая лицо от сильного потока воды, трясущейся рукой девушка достала телефон. Экран светится, но нет ни входящих звонков, ни сообщений. Со стороны, из темноты аллеи раздался гулкий бой барабанов. Яркий свет залил всю окрестность.
***
Пронзительный звон в ушах постепенно стихает. На холодных щеках еще не до конца просохли слезы, мелкая пыль моментально схватилась, украсив лицо песчаными ручейками. Осмотревшись, Лю не верит глазам. Пагода все так же гордо возвышается над холмом, но что-то в ней изменилось, утрачен прежний лоск и торжественность. Не слышно голосов и звуков работы орудий. Внутри безлюдно и пусто. «Джаохуа Ши распорядился все отправить во дворец, но где люди?», - размышления вслух эхом возвращаются из темноты. Послышалось шуршание. Через мгновение, прикрывая лицо от яркого света, в проход вышел старец.
- Моя госпожа! Моя госпожа!
Содрогаясь, старец бросился на колени.
- Наконец-то ты вернулась! Никто не верил, а я им говорил! Я говорил им, что мудрая Шаншень не оставит нас!
- Джаохуа Ши?
В острых искаженных временем чертах Лю с трудом узнает облик монаха.
- Да, моя госпожа, твой покорный слуга здесь. Все остальные ушли, когда остановили стройку из-за смерти великого императора.
- Что? Подожди, давай выйдем наружу, тут пахнет сыростью.