— О Иисус! Мадам! Извините, мадам, я вас не видеть. Я вас… — Женщина на этот раз сделала особенно глубокий поклон, и при этом чуть не упала.
Деирдре засмеялась:
— Ах, ничего, Сабина. Тебя ослепило солнце, когда ты вышла из дома. Ты…
— Она повариха, — насмешливо напомнил Жером. — Между прочим, единственная из всего Нового Бриссака, которая рвалась на работу сюда. Совершенно одна, без помощников… Ну да, а теперь прибудут также Амали, ребенок и ни на что не годный бездельник — домашний слуга. Прекрасная компания. Ну, если это сделает тебя счастливым, Виктор…
— Новый Бриссак? — робко спросила Деирдре, обращаясь к Виктору.
Она не была уверена в том, что все поняла правильно. В любом случае эти слова были ей незнакомы.
— Так называется плантация, которая принадлежит нашей семье, — ехидно заметил Жером. — Одна из самых богатых в Сан-Доминго. Я не могу поверить, что Виктор до сих пор не сказал тебе об этом…
— Заходите, мадам… — Сабина попыталась разрядить обстановку, поспешно открыв перед господами дверь. — Я показывать вам дом. Или нет, сначала освежиться… — Повариха, казалось, была перегружена обязанностями.
Виктор дружелюбно кивнул ей.
— Ты подготовь все для того, чтобы мы могли освежиться, Сабина, а я покажу своей супруге дом, — объявил он, не обращая внимания на Жерома. — Мы позавтракаем на веранде. Несколько фруктов и кофе, Сабина, ничего больше, ведь сейчас так жарко…
Кухарка с облегчением кивнула и убежала в кухню. Жером, казалось, не знал толком, что ему делать. Ему явно не хотелось следовать за Виктором, но до сих пор никто не показал ему комнату, в которой он мог бы уединиться. Однако Виктор и Деирдре не обращали на него внимания.
Взволнованная, как ребенок, Деирдре исследовала свой новый дом и была в таком же восторге от интерьера, как и от фасада. Здание было распланировано так же, как и дом в Каскарилла Гарденс, однако было значительно меньше. Правда, здесь имелись большая гостиная и столовая, которая подходила для приемов гостей и открывалась в маленький сад, однако в городском доме не было бального зала. Вместо него тут была комната ожидания и врачебный кабинет Виктора. Конечно, и кухня, и подсобные помещения находились на первом этаже, но подвала в доме не было. На втором этаже были расположены жилые помещения семьи. Деирдре вошла в роскошную спальню и комнату для переодевания.
— Тебя… тебя не смущает то, что у нас будет одна спальня на двоих? — осторожно спросил Виктор.
Деирдре ответила ему поцелуем. Она ни в коем случае не хотела спать отдельно от мужа, чтобы ей лишь от случая к случаю наносили «визит».
— О каком количестве наследников ты мечтаешь? — хитро спросила она, когда насчитала четыре комнаты для детей и гостей и еще одну небольшую комнатку для слуг, которая находилась в самом конце дома и в случае необходимости могла быть использована в качестве дополнительной спальни.
Виктор пожал плечами.
— Я буду рад всем малышам, которых ты мне подаришь, — ласково сказал он. — Но сначала я думал о комнатах для гостей. По крайней мере, первоначально подразумевалось, что наш дом должен служить городским особняком всей семье Дюфрен. Таким образом, мне пришлось спроектировать комнаты для моих родителей и братьев. Однако сейчас я вижу: не похоже, что нам слишком часто будут оказывать такую честь. Жером, по крайней мере, в ужасе от нашего «примитивного» жилища, а мои родители его вообще еще не видели. В любом случае я предполагаю, что все они и в дальнейшем будут предпочитать гостеприимство губернатора и других лиц из высшего общества этого города, чем останавливаться у нас. Это так или иначе будет приводить к недоразумениям. Если я правильно понял Жерома, наша семья хотела иметь резиденцию в столице главным образом для того, чтобы устраивать здесь балы и приемы. А тут это никак не получится…
Деирдре покачала головой.
— Для этого у нас все равно не хватило бы слуг, — заметила она.
Виктор сдержанно улыбнулся.
— Если мои родители приедут со всем своим двором-государством, слуг у тебя будет в избытке, — объяснил он. — Для постройки дома мой отец прислал сюда несколько дюжин негров. К счастью, архитектор, который занимался проектом, в конце концов встал на мою сторону. У его жены были тяжелые роды, а я успешно принял у нее близнецов. После этого архитектор признал, что врачебный кабинет важнее, чем бальный зал.