- Умная и вредная. Моя. Любимая. - Новый глубокий, страстный поцелуй.
Когда Ледянов снова дал своей невесте возможность дышать и говорить, она поторопилась ею воспользоваться:
- Слав, я тогда…
Мужчина со счастливой улыбкой смотрел на мило покрасневшую девушку, припухшие губы которой соблазняли прервать разговор на… надолго, а бедра, стиснувшие его — причем исследующие ласки показали, что на Стасе чулки, — рождали невероятно приятные фантазии. Станислава зачастила, крутя пуговицу на его сорочке, не решаясь посмотреть своему жениху в лицо.
- Я наврала тогда. Хотела сделать тебе больно. Хотела уязвить, чтобы ты пожалел. Чтобы… Я ни с кем… - Она вдруг подняла на него взгляд, поразившей его своей твердостью, яркостью, торжественностью так сильно, что желание наполовину ослабило свое давление. - Я поняла сегодня, что рушу собственную жизнь. Больше не буду даже вспоминать о той обиде. Я люблю тебя.
- Сильно? Безумно? - Взгляд Вячеслава стал серьезным, пронзительным.
- Сильно. Безумно. - Стася прекратила смущаться, уверенно глядела в его лицо.
Глаза мужчины сверкнули торжеством. Он приподнял бровь, не удержавшись от ироничного:
- Не сильнее и не безумнее, чем я тебя. Ну а про это твое вранье я знаю. И клянусь всем, что мне дорого…
Изумленная Станислава остановила Ледянова, закрыв его рот ладонью.
- Знаешь? И откуда?
Мужчина не торопился с ответом. Освободив свои губы, он лукаво улыбнулся, запечатлел долгий поцелуй на ее запястье, еще один — в середине теплой нежной ладошки.
- Опять справки навел? - возмутилась Стася. - У кого на этот раз?
Слава мягко рассмеялся.
- Сначала у Марины Коротковой. Еще у твоей невестки, сестры Игоря. Потом порасспрашивал твою соседку по лестничной клетке. Она божилась, что домой ты всегда приходила в промежутке между семью и половиной восьмого вечера, она как раз в это самое время с собакой гулять выходит. В выходные весь день дома проводила. Ни шумных вечеринок, ни мужчин.
Разозленная Стася оборвала его:
- То есть ты…
- То есть я решил, что выбрать должна ты. За тобой следующий ход. А я свой выбор сделал еще пять лет назад.
Ледянов умолк, подался к выпрямившейся на его коленях и неподвижно сидящей Станиславе, глядевшей на него с негодованием, провел носом по ее губам, щеке.
- Не злись. А иначе…
- Да ничего иначе, - нахмурившаяся Стася отодвинулась от него, ткнув пальцем в его грудь, останавливая. Слава довольно ухмыльнулся: воинственно настроенная Станислава была еще более неотразимой. - Ты мог бы потерять меня. Тогда-то точно потерял, но продолжил копать вместо того, чтобы…
- Ну, ты и принять меня назад не решалась, и пинка окончательного дать. В тот день я решил помочь тебе. Был послан. Но желание-то убедиться, что ты осталась тем же чудом не от мира сего, каким я тебя всегда знал, никуда не пропало. Я борюсь за сохранность своих идеалов, видишь?
Станислава в сердцах стукнула мужчину по плечу:
- Дурень.
- В точку, - со смехом согласился Слава и рывком прижал Стасю к себе, заставил ее положить голову на свое плечо. - Знаешь, я ведь в тот вечер напился. Едва в отделение не загремел, полез в драку с таксистом.
- А я, рыдая, вещи собирала. Волосы обкромсала, таким чудищем выглядела. - Станислава, крепко обняв мужчину, поглаживала его спину. Пальцы Вячеслава принялись перебирать короткие темно-вишневого оттенка пряди девушки. Он проговорил в ее висок:
- Дурочка. Лучше б мне позвонила... Прости меня… И за тот вечер пятилетней давности и за тот… Снова головой не думал. В отношении тебя это у меня регулярно случается.
В ответ Стася просто крепче обняла его.
- Я едва тебя узнал сегодня. Тебе очень идет. Цвет можешь оставить, но так коротко стричься запрещаю.
- Что? - Станислава, совсем разомлевшая от ласк и тепла любимого, так и не подняла голову с его плеча и больше разыгрывала возмущение, чем на самом деле испытывала его. - Диктатор!
- Диктатор, - и не думал возражать благодушный Ледянов. Поцеловал ее в висок, скользнул губами по скуле.
- Ты помни про свое и мое «сильно и безумно» и что я весь твой, а мы в ответе за тех, кого приручили, и разногласий не будет. По крайней мере не каждый день.
Стася хихикнула.
Короткое мгновение, до краев наполненное нежностью и полным единением, пониманием, они просидели молча. Потом Станислава спросила, коротко поцеловав жениха в щеку, погладив его лицо:
- Ты ведь передумаешь теперь насчет гор?
- Поеду туда только вместе с тобой, - усмехнулся Слава, коснувшись губами кончика сморщившегося носика девушки. - Сихотэ-Алинь, кстати, прекрасен. Поэзия и суровость. Прямо как ты.
- Ой нет, лучше я рассказы твои просто послушаю. Ты же знаешь, я не сторонник экстрима.
- Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Так что поедем…
- Слава!
- … куда захочешь, в свадебное путешествие.
Станислава пружиной подпрыгнула на коленях смеющегося мужчины со срывающимися с губ ликованием и идеей, куда можно отправиться. Совершенно позабыла о руке Ледянова, поглаживающей ее затылок и шею. Завязки платья потерпели окончательное поражение, ткань поползла вниз, но девушка вовремя удержала ее.
Руки Вячеслава стиснули ее бедра, а горящий взгляд остановился в районе груди, округлость которой соблазнительно обрисовалась под шелком. Стася тоже замерла. Он предоставил ей выбор: обида или любовь. Теперь она предоставит ему выбор: возьмет он ее сейчас или захочет соблюсти давние и, наверное, уже действительно устаревшие традиции.
- Я сказала тебе да, - тихо напомнила девушка своему напрягшемуся любимому. Погладила его по обнаженной груди, переместила пальцы на щеку, коснулась ими губ.
- Хочу, чтобы ты знала, - Вячеслав потянулся к ней, скользнул ладонями вверх по бедрам, задирая подол платья. - Твою девственность я всегда воспринимал так же, как и ты. Как сокровище. Как подарок. И ценю ее невероятно. Не представляешь, как я рад, что ты полностью моя. - Он оставил медленный, дразнящий поцелуй на ее зовущих губах. - Предлагаю вот что…
Подхватив вскрикнувшую от неожиданности Станиславу под бедра, Ледянов поднялся с дивана и зашагал со своей драгоценной ношей к спальне.
- Свой подарок я разверну сейчас. Ты же не против? - Смутившаяся Стася покачала головой. - Есть много способов испытать удовольствие, покажу тебе. Но главное произойдет после свадьбы.
Станислава рассмеялась.
- Да неужели? - усомнилась она.
- Ужели, - тяжело вздохнул тоже сомневающийся Слава. - Поэтому не будем с ней затягивать. Я не железный.
Снова скептически посмеявшись, Стася закрыла его рот поцелуем. Он тут же с жаром ответил.
12.
вместо послесловия
«После того вечера этот узурпатор целые сутки пленницей держал меня в своей квартире. Ходила в его рубашке, без укладки, без грамма косметики и возможности просто выйти в магазин, чтобы купить себе любимых яблок.
Шучу! Сама никуда не хотела уходить. Да и он не хотел меня отпускать. Мы говорили и говорили… А еще целовались как одержимые. И не только… С того дня мы стали жить вместе, практически как супружеская пара. Лица родителей, когда мы приехали к ним забрать мои вещи, а Слава, абсолютно серьезный, официальным тоном начал просить у них моей руки, были бесценны.
Свадьбу мы сыграли через месяц. Достаточно скромную. Я настояла. Здесь писать не буду, к каким способам пришлось прибегнуть, не все они для непорочных страниц дневника. Славе с трудом удавалось не переходить черту, которую, к слову, он сам прочертил. Как только этот упертый осел держался? При том, что ласки далеко не невинными были и спали мы в обнимку и зачастую полуобнаженными, а я была согласна на первую брачную ночь еще, собственно, до оной…
Впрочем, она у нас, несмотря на некоторый мой дискомфорт во время и после, получилась потрясающей. Я не жалуюсь, скорее смеюсь.
А потом было обещанное свадебное путешествие. Я наконец-то собственными глазами увидела те места, где всегда хотелось побывать: каналы Венеции, апельсиновый сад на Авентине, Нотр Дам, холодные воды Темзы у Тауэра... Слава говорил, что эта поездка далеко не последняя, что дома сидеть он мне не даст, что жизнь, определенно, гораздо лучше, чем в книгах.
Хотя пока ведем «оседлый» образ жизни. Причина прозаична и кратковременна: мы ждем ребенка. Дочку! Муж, кстати говоря, этому факту радовался бесконечно, а я бесконечно удивлялась его радости. Оказывается, он всегда мечтал о девчонке. Надо же! Мужчина, не грезящий о наследнике!
Я, конечно же, хотела бы, чтоб старшим ребенком в семье был мальчик. Оно понятно, Олег всегда защищал и заботился обо мне, перед родителями иногда отстаивал. Что ж, появление первенца — дело такое: чьи-то мечты сбываются, а чьи-то нет. Ну и ладно!
Своей дочери, а она появится на свет через три с половиной месяца, я обязательно расскажу эту историю, по моему мнению, достаточно назидательную: о том, что время всё расставляет по своим местам, надо просто ему позволить и быть всегда открытой для изменений, что жить лучше суровой прозой, но не забывать об идеале, не отказываться от него, что быть счастливой или несчастной — только твое решение и твой выбор, что есть настоящая любовь, для которой высшая награда — сберечь себя, чтобы потом целиком отдать. И о том, что лед обиды требуется своевременно топить прощением и теплом снисхождения».
КОНЕЦ
октябрь-ноябрь 2018