Даже не оборачиваясь, знала, Он пришел.
Ну, а потом поблизости раздался счастливый смех.
- Кирюша-а-а! Я так рада тебя виде-е-е-т-ь! – Елизавета поприветствовала своего парня слегка заплетающимся языком.
Увы, мне все-таки пришлось обернуться.
И дыхание с шумом покинуло легкие. Потому что спонсор моей аритмии находился всего в паре метров, почерневшими глазами сканируя мое лицо.
В его взгляде читалась такая победоносная враждебность… Словно сам служитель преисподней передо мной и готов совершить свой страшный суд…
Я ощутила мелкую дрожь в руках, с шумом выдыхая воздух. От Воронова исходили флюиды черной ядреной ненависти, направленной в мою сторону.
Что я сделала не так?
Коленки подогнулись. Легкие импульсы волнения закрутились в тугую спираль зарождающейся паники у меня в груди. Задыхалась, глядя на него. Такого красивого и совершенного, в белоснежной рубашке и черных брюках, сжимающего букет длинных кроваво-красных роз в руках.
Отвернувшись, на дрожащих ногах, я вернулась в свой темный угол, мысленно радуясь, что лучи прожекторов не дотягиваются досюда.
Стояла, завороженно наблюдая, за разворачивающейся в центре зала картиной. А там уже ведущий атаковал Кирилла своим навязчивым вниманием, вынуждая сказать имениннице тост.
- Я не люблю делать это на публику, – сухо отозвался парень, поворачивая голову в мою сторону.
Что-то в его безупречном внешнем облике настораживало, но я никак не могла уловить, что именно…
Внезапно мой взгляд, скользнув по его руке, задержался на перебинтованной ладони… М-да. Похоже, в этом и кроется причина опоздания – тормознулся с кем-то помахать кулаками…
Кирилл Воронов как никогда верен себе.
- Ну, тогда имениннице не терпится получить ваш подарок! – никак не желал отцепиться от него ведущий.
- Мой подарок… – Кирилл издал мрачный смешок, резко качнув головой.
Внезапно, до меня, вдруг, дошло, что же так насторожило… Мама дорогая, да он пьян! В дрова! Еле на ногах стоит! Неужели никто больше этого не замечает?
Хотя…
Оглядевшись, я обнаружила, что большинство гостей уже примерно в той же кондиции, что и Кирилл. А ведь прошло совсем немного времени…
Не глядя на Лизу, он достал из кармана крохотную красную коробочку. По залу пронеслась волна нетерпеливого улюлюканья… Я непроизвольно закусила губу…
- И что же т-а-а-м? – обратился к Лизе ведущий. – Н-у-з… Не томите!
Даже с моего места было заметно, как дрожат ее руки, пока она пытается открыть подарок.
- УХ ТЫ! КАКИЕ ШИКАРНЫЕ СЕРЬГИ-И! – закричал комик под гул ободрительных голосов разгоряченных гостей.
Клюнув Кирилла в щеку, именинница натянула не слишком натуральную улыбку на лицо. Она явно ожидала другого… А меня подмывало задать ему вопрос: неужели ни на что больше фантазии не хватает?
Я машинально дотронулась до своих сережек.
Почему-то до сих пор предпочитала его подарок всем остальным. Однако внезапно кончики пальцев начало жечь от нестерпимого желания снять их, забросив в самый дальний ящик комода…
- С днем рождения. Ляля! – его севший хрипловатый баритон пробрал до костей, ледяной крошкой осыпаясь мне в душу.
Идиот. Несчастный.
А еще, похоже, самое большое разочарование в моей жизни…
Первые нежные аккорды медленной композиции прервали внутренний гневный монолог. Ну, разумеется, именинница и ее благоверный танцевали в центре зала, освещенные лучами прожектора.
Я отвернулась, мысленно молясь, чтобы этот дурацкий вечер поскорее закончился. Очень сильно переоценила свой внутренний потенциал… Зубы сводило от того, как невыносимо было здесь находиться.
- У тебя такое лицо, будто ты сейчас заплачешь, Алина.
Повернув голову, я напоролась на пристальный взгляд насмешливых зеленых глаз Левицкого. Ну, вот… Похоже, дело совсем дрянь, если даже горе-поклонник заметил мое эмоциональное состояние.
Плачущий администратор на чужом празднике жизни. Браво, Алина.
Пожалуй, впервые я чувствовала себя настолько жалкой...
- Вы ошибаетесь, – ответила без эмоций.
- Вы… Может закончим этот фарс? Мне всего тридцатник. Или я так старо выгляжу? – приправил одной из своих фирменных улыбочек.
- Не я начала этот фарс… – вздохнула, – но хорошо.
- На ты?
- На ты, – подтвердила сухо.
Честно говоря, сейчас мне было настолько плевать…
- У-х… Наши отношения совершили настоящий квантовый скачок!
- Нет такого термина «наши отношения», Павел.