— Оденьтесь потеплее, возьмите свои ружья с запасом пороха и крупной картечи, против волков она в самый раз окажется, и выдвигайтесь на окраину поселка в пешем порядке. Подозреваю, использовать лошадей против зверья, которое может их пугать, будет не лучшей идеей, — отозвался на эту просьбу полковник, занятый отдачей распоряжений стихийно собирающимся у наших ворот жителям поселка.
Собрались мы в самые, что ни на есть, сжатые сроки, но к тому моменту, когда добежали до околицы поселка, там, возле караульной будки, уже стояло человек двадцать народа. В том числе и Афиногенов, что было не удивительным, и Афоня, увидеть которого среди добровольцев я почему-то не ожидал.
Дожидаться опаздывающих мы не стали. Еще несколько минут и тронулись в путь. Следы промчавшейся лошади, доставившей к нам, в Слободу, одного из незадачливых охотников, на свежем снегу были видны отчетливо, по ним мы всей гурьбой во главе с отцом и отправились.
Долго пребывать в неведении о судьбе и месторасположении спасаемых нам не пришлось. Вскоре спереди, по ходу движения, до нас донеслись звуки выстрелов. Магические эти волки или нет, но атакованные ими люди нашли в себе достаточно сил, чтобы обороняться.
— Шире шаг! — Отдал команду отец. — По мере появления целей стрелять без команды.
М-да! Будь эти серые хищники по-прежнему обычными животными, все у нас могло и получиться в точности, как задумывали. К сожалению, одной из первичных характеристик для любого из адептов Системы, не исключая и волков, являлся Интеллект. Не по-звериному предусмотрительные хищники умудрились выставить вокруг своей основной цели еще и дополнительную дозорную цепочку, в которую мы со всего размаха и вляпались.
— Ау-у-у! — Разнеслось вдруг над нашим поспешающим отрядом хоровое волчье завывание.
…У-у-у!.. — Отдалось в моей черепной коробке, почти отключая меня от окружающей действительности и высвобождая разом все страхи, накопленные мной в течение жизни. Даже оскаленную «улыбку» лошади вспомнил, когда я, еще совсем мелкий, удрав от матери, выскочил на дорогу и оказался сбит самой обычной клячей, неспешно катящейся куда-то свою повозку. Очень страшной мне когда-то показалась эта флегматичная животина.
Бог знает, сколько бы я еще так простоял прямо посреди снежной целины, одолеваемый своими собственными «демонами», если бы почти тут же, следом за ментальным ударом, кто-то из волков не решил воспользоваться до кучи еще и заклинанием из арсенала обычной магии.
— А-а! — Наполненный болью крик Пашки достиг моего сознания даже в этом моем совершенно сумеречном состоянии, отчего я немедленно смог вновь переключиться на полноценное осознание реальности.
Кстати, реальность эта, судя по моим моментальным оценкам выходила не так, чтобы очень. В смысле, совершенно неожиданно для себя я обнаружил, что весь наш отряд словно влип в какую-то невидимую смолу: как бежали в сторону до сих пор звучавших выстрелов, некоторые даже почти приведя оружие в боевое положение, так и замерли на полпути. Более того, сам я, как оказалось, тоже уже держал перед собой полностью снаряженное для выстрела ружье. Ага, и даже цели для стрельбы оказались в аккурат передо мной. Несколько крупных волков, решив, что своей цели они достигли, показались из-за переплетения совсем недалеких кустов.
Почти бездумно я моментально приложил к своему плечу приклад ружья и, совместив мушку на стволе с силуэтом ближайшего хищника, выстрелил.…И моментально наведенный эффект волчьего воя перестал действовать окончательно. Люди, обнаружив близость к себе опасных хищников, немедленно разразились целым шквалом атак. Я же, не обращая на получившуюся сутолоку ровным счетом никакого внимания и уронив свое ружье прямо под ноги, кинулся в направлении своего брата.
И да, с Пашкой все выходило совсем не ладно. С совершенно белым от боли лицом он стоял на коленях, обхватив ладонью правой руки запястье левой.
— Убери руку, дай посмотреть, что там у тебя, — потребовал я у почти ничего не соображающего брата.
Послушал, убрал правую руку. Подготовив заклинание Малого исцеления, я прикоснулся к его пораженной конечности рукой, так исцеление выходило заметно эффективней. Как лед! Вернее, сама кисть и частично предплечье, на одну треть его длины примерно, и были этим самым льдом. Стрелы холода. Оказывается, не только мы, с друзьями, владеем этим заклинанием.
После первого скастованного мной целительского заклинания Пашкина рука оставалась все такой же ледяной. И все же, по моим смутным ощущениям, что-то в ней все же немного изменилось… Появилась еле ощущаемая капелька жизни что ли? Ни на секунду не задумываясь сотворил целительское заклинание еще раз. А просто больше все равно ничего целительского не знаю, а тут какой-никакой эффект наблюдается.