Признаться, очень он меня этим своим заявлением удивил. Хотя формально этот наш одноклассник после той кровопролитной стычки с греческими контрабандистами и входил в нашу компанию, на деле так и держался особняком. Никогда от него лишнего слова не услышишь.
— Ну… пошли вон хоть в сторону дровяного сарая, — согласился я с заявленным требованием, махнув рукой в сторону пристыкованного к краю здания гимназии серого дощатого сооружения.
— Вам, с братом и прочими друзьями, нужно срочно покинуть Павловск. Возможно уже в эти самые минуты, посланные Георгади аскеры подходят к гимназии, чтобы вас всех тут перебить.
— Какие Георгади, мы же их всех перебили? — Не удержался я от просто-таки напрашивающегося вопроса.
— Вы перебили только мужчин из младшей ветви этого рода, находившейся в Павловске, и то не всех. Два старших брата Гектора все это время служили в Самсуне. Кровная месть у нас, конечно, не культивируется, как у тех же кавказских горцев, но при случае за убийство ближайших родичей все стараются отомстить.
— Спасибо, конечно, за предупреждение, но я не думаю, что всего двое османов представляют для нас такую уж большую опасность, чтобы всем нам, поджав хвост, пришлось в срочном порядке улепетывать домой. — Попытался я сформулировать свои мысли, стараясь не обидеть очевидно неплохо ко мне расположенного грека. — Признаться, я вообще сомневаюсь, что они вдруг вот так, среди белого дня отважатся предпринимать в рассейском городе какие-либо действия.
— В рассейском городе? — Внезапно вскричал Попандопуло. — Так вот! В самые ближайшие часы он перестанет быть рассейским! Когда я сегодня утром случайно подслушал эти сведения, наемники Георгади уже собирались выдвигаться к зданию полицмейстера и к резиденции градоначальника.
— Сколько их там может быть? Тут же одних только охранных частей, не считая полицейских с жандармами, не меньше двух полноценных рот наберется, да и думаю, многие простые горожане, случись нападение на Павловск, тоже в стороне не останутся, — продолжал я спорить, не желая соглашаться с предсказанной моим одноклассником надвигающейся на город катастрофой.
— Ты так ничего и не понял! — Скривился Георгиос, словно раскусил какой-то очень кислый фрукт. — Если судить по существу, а не по форме, так Павловск уже давно принадлежит семейству Георгади. Охранный отряд еще вчера уведен по какой-то надуманной причине далеко за город, многие полицейские получают от этого семейства второе, гораздо более щедрое жалованье. Ты всерьез думаешь, что захват этого города станет для довольно многочисленного отряда наемников такой уж большой проблемой? Время идет, если не хочешь проститься с жизнью, не медли.
И все же я по-прежнему не был склонен вот так вот, сразу, соглашаться с предложенным мне Попандопуло порядком действий. Ведь с самого отбытия нашего отца к перешейку Крымского полуострова в нашей местности реально не случилось ни одного хоть сколь-нибудь значимого происшествия. Опять же и предстоящая нам вторым уроком годовая итоговая контрольная работа по математике в какой-то мере сказывалась….
Выстрел где-то совсем неподалеку от нашей гимназии прозвучал неожиданно. И признаюсь, этот услышанный мной громкий звук немало прочистил мне мозги. Последующие несколько столь же громких хлопков я слушал уже, взбегая по лестнице на второй этаж. Вот тоже последствие моего, в сущности минутного промедления с решением: за то время, пока я перепирался с Георгиосом, наш небольшой сплоченный отряд выходцев из Слободы уже успел рассосаться по отдельным классам.
— Алярм! — Подал я строевую команду боевой тревоги, введенную в рассейских войсках указом еще отца нынешнего императора, влетая в наше классное помещение следом за Казимиром Степановичем, преподавателем, с которым у нашего класса через несколько минут и должен был состояться первый урок. Тот аж подпрыгнул от неожиданности.
— Лебедев! Ты чего так орешь? — Закономерно возмутился наш классный наставник, но я уже не обращая на него никакого внимания, жестом руки указал Пашке с Афоней в сторону выхода.
— Рюкзаки!.. — Вынужден был я дополнить голосом свой жестовый приказ, заметив, что парни подорвались к выходу одни, без своих вещей.
— Урок сейчас начнется! — Услышали мы сказанные нам в спину слова преподавателя, но, разумеется, проигнорировали их. В конце концов, даже без всяких моих разъяснений, у парней тоже имелись уши, выстрелы, по-прежнему хлопающие по городу то тут, то там, явно не походили на элементы праздничного салюта.