В это время проснулся Канк - главный хранитель кодов зон. И он ослепленный и опьяненный светом, молвил:
- В эти зоны «вбитых шляпок» можешь даже своих коз пустить.
И не прошло получаса, как колышки-гвоздики были готовы. Смысл физического воздействия на «больные» зоны около Стены или под ней заключался в том, что надо было выйти на «дыхательные пути» земли и магмы. Задействовать их и вызвать землетрясение, что в свою очередь вызвало бы ураган с ливнем и громом.
Тыгыр знал характер реакции «больной» (молодой еще поверхности), или как он говорил, «юной девы - девственницы», у которой бурлит все).
Дэв готов был начинать разрушение Стены-губительницы. Правда, коз своих он отвел подальше от зоны «девственницы» - разрушения.
Гюн-Вэй и девушки проснулись, спустя час и увидели юношу-красавца в каком-то новом для их воображения облачении.
Отряд встал, Дэв все объяснил им кратко и четко: мужчины идут по «зонам девственницы» и медленно забивают колышки. Девушки их страхуют: в случае ранения или не дай Бог, провала вниз, они обязаны страховочными ремнями-карабинами, которые заранее прикреплены к сбруе лошадей, вытянуть из пекла и оказать необходимую помощь.
Часть 7
У Дэва первые радости...
Но этот план не осуществился. Дэв задержался с колышками. Да и он, как строитель, не придал значения этой затее, и сам задумал снести вершину Великой Стены, чтобы минимально уменьшить тень и открыть Солнце.
В это время из его деревни раздался крик, такой мощный, что ему показалось, будто тысячи голосов собрались в один рупор.
Он подошел к Канку, который собирался уже забивать колья. Но Дэв остановил его, сказав:
- Я сам разберусь с решиной.
- Почему?
- Этот план чреват катастрофой. Подумай, сколько жертв унесет эта высоченная и тяжелейшая Стена. А если на пути окажутся селения? Что с ними будет? Они же не виноваты, что император болен.
Канк-сан огорченно подошел к Гюн-Вэю с девушками.
- Остановитесь. Дэв не согласен с планом Тыгыра. Посмотрим и выслушаем сначала его, может он лучше знает, что делать с этим возведением.
Дэв, чем-то встревоженный, начал собираться в селение, где была его возлюбленная. По дороге ему сказали, что девушку насильно выдают замуж за императора. Поэтому жены императора подняли такой вой, что показалось, будто тысячи матерей оплакивают своих дочерей.
Дэв поспешил. В гневе он был сверхсильным и не щадил никого на своем пути. Он был не только строителем, но отлично сносил гнилые, неугодные здания, мосты, иногда даже и вершины гор, рассыпая их в пух и прах...
В гневе он вошел в селение. Ничто не могло остановить его, смягчить его злобное выражение лица, собрать разбросанные длинные локоны. Дэву предстояло определить место заточения возлюбленной. И он немедленно подошел к воротам императора. Стража сначала выставила щиты и копья. Но Дэв, схватив начальника, встряхнул его, затем повернул вниз головой, вытряхнул ключи от подвалов, где держали заключенных и девушек, обвиненных в упрямстве. Дэв знал это, и выхватив ключи, Забросил стражника на крышу ворот, другого повел перед собой со словами:
- Где заключенные? Веди собачья натура, веди, а то все там окажетесь...
- Вот, вот, сейчас покажу, сейчас, только не губите меня, я отец двоих детей.
Дэв отпустил стражника, а сам открыл камеру «упрямых» - здесь были закрыты самые красивые и молодые девушки из дальних селений и горных деревень. Они находились в ужасных условиях, спали на соломе и камышах, из-под которых иногда, не боясь никого, выползали крысы и мыши.
Дэв открыл двери и скомандовал:
- Выходите все. Никого здесь не оставляйте. Все, быстро, не бойтесь.
Люди стали выходить. Но среди них не было той, ради которой он пришел сюда. Он был взволнован и чуть ли не сорвал дверь с петель. Когда все вышли, в углу осталась все же еще одна девушка. Черные волосы закрывали ее лицо. Дэв подошел к ней с вопросом:
- Почему не выходите? Выходите, вы свободны.
Та молчала, тогда Дэв сам поднял с лица волосы: это была его возлюбленная, но ее лицо было изъедено крысами. Уродливое лицо юношу не напугало, а наоборот, возбудило чувство жалости и сострадания. Радость, гнев, слезы сожаления переполнили сердце юноши. И он, взяв осторожно ее на руки, вынес на свежий воздух и крикнул:
- Стража, немедленно врача! Где врач?
- А он сбежал вместе с гаремом...
- Куда? В каком направлении они ушли?
- Мы не видели, потому что все лежали лицом вниз. Сами ищите.
Дэв так и ушел, неся девушку на руках. Перед ним было широкое поле, где виднелась одна единственная изба, в которой жила старушка-врачеватель. Она лечила от всяких болезней, выправляла ожоги, обновляла кожу с помощью молочной сыворотки диких коз, гусиным и ондатровым подкожным жиром. Дэв постучал в дверь избушки. К нему вышла сама хозяйка, и он увидел молодую цветущую девушку. Он так обрадовался этой встрече, что подумал о высочайшем мастерстве врачевательницы: иначе, чем объяснить ее цветущее здоровьем и красотой лицо.