- Стрелки приготовиться, и конники - вперед!
Сеча началась внезапно, нападение Гюн-Вэя первым обеспечило ему успех. Те, как прибыли «скоплением», так и удрали обратно.
Сурная привели обратно в «домик», правда, посадили только за обычную деревянную мебель, а всю дорогую заперли.
- Сурнай, не копай мне яму, сам упадешь, ведь мы здесь законные хозяева, вот наша грамота: здесь рука китайского и тюркского кагана приложена. Они являются нашим гарантом, а кто ваш гарант? Если он есть, приведи, и мы обсудим вот эту Книгу законов и Сборник Тыгыра. Приведите, посадите всех общинников, я должен представиться им. Мы не воры, не грабители, Сурнай.
Гюн-Вэй злой на Сурная, вышел к своим. Берендей, Китан и Сантуз разбирали металлическое оружие, отнятое у «скопления всадников». Чем больше их рассматривали, тем больше восхищались и тем быстрее остывали к своим бронзовым. Гюн-Вэй вернулся к Сурнаю. Тот грязными волосами вытирал слезы.
Юноша остановился у порога, нет, ему не было жалко этого старого скифа. Он - воин, а не плакальщик. И сразу сказал:
- Сурнай, накинь что-нибудь, и выйдем. Нам надо поговорить.
Два сына Сурная тоже уже не молодые помогли ему выйти на свежий воздух. Те удалились и сели под деревьями, на ветвях которых темнели вороньи гнезда...
Юноша сел напротив Сурная, костер уже пылал и освещал красивое молодое лицо Гюн-Вэя и одутловатое, старое лицо Сурная. Уже сама природа подготовила бравого и здорового воина наместником Ашина сюда, в Горный Алтай. Но к сожалению, у бравого воина очень мало было оружия, а остального вообще раз-два и обчелся. И то они были трофейные и предназначались победителям в бою.
Сурная знал о слабом тыле этого юнца. Знал и то, что ему негде обзавестись оружием. И стал набивать себе цену как недоступному в тайны скифского военного искусства. Да, он был прав, но уже никогда не поднимет «лохматых» к бою. И никогда не будет Эль-Баши. Гюн-Вэй же ничего не взял во внимание с дряхлого Сурная. Но еще рано было и ему вставать на дыбы как дикому коню. Он решил выудить все полезное для своей тактики у Сурная. И придумал нехитрую историю...
«Однажды воины-скифы оказались высоко в снежных горах. Свои стрелы и луки, да и мечи с копьями поручили нести новобранцам. Те отстали с оружием, а на передних напала стая волков. Гюн-Вэй обратился к Сурнаю:
- Как ты думаешь, Сурнай, что было дальше?
- Ясное дело, волки разорвали безоружных.
- А почему?
- Оружие свое надо всегда носить с собой...
- А твое оружие сейчас с тобой?
- Нет, но...
- Но, что? Где оружие твое, а если вдруг барс или волки со степи нападут?!
- Но, но, оно у меня есть, но не здесь.
- А где?
- А-а, зеленый юнец, вот куда ты клонишь. Мы свое оружие закапываем вместе с предками. Вон там, в «домике», там мои предки, они-то и взяли моих коней, сабли, мечи и щиты.
- Зачем это сделали они? А вдруг война.
- Для войны мы еще не готовы, недавно старого отца похоронил, вместе с ним и все ушло, даже лошадей пришлось заколоть.
Сурнай стал вытирать слезы, которые текли ручьем. Гюн-Вэй утешил его:
- Ну, уж ты - мужчина, крепись, а с оружием мы поможем, только наше бронзовое, оно хрупкое, необходимо заменить, но у нас нет такого металла.
- Стой, юноша, металлом мы богаты. Вон там, в горах у нас плавильни, там же и кузнецы, есть умелые рабы...
- Но не сейчас. И об этом никому ни слова. Металл всем нужен, а тем более нам.
- А что ты сделаешь со мной? Говорят вы, гунны, очень жестокие.
- А разве из ваших воинов или охотников кто-то пострадал? С чего ты взял что мы жестокие. Мы своих не убиваем, а кто к нам с мечом - тот от меча и умрет.
- Ну, хорошо, юноша, тогда оставь меня при себе советником. Ты еще не знаешь коварства скифов.
- А ты не чини нам препятствий и оставайся, как и прежде, Эль-Баши. Наша цель - создать крепкое и могучее государство.
- А из тебя получится хороший государь, ты мудрый не по годам. А теперь отведи меня отдыхать.
- Хорошо, только не в склеп. Вот здесь при костре постели что-нибудь. Будь как мы!
На этом они расстались до утра. А при восходе солнца все скифы встали на колени и начали читать молитву Солнцу. Но вдруг лошадиное ржание прервало утреннюю тишину. Оказалось, что скифы собрались принести в жертву Солнцу Небесного коня Гюн-Вэя.
Часть 10
Приезд Тыгыра. Русская дипломатия у Гюн-Вэя
Ашин обходил любимые места у озера Турнигюл. Лебедята выросли, утята тоже уже летали над озером, оповещая о своем присутствии кряканьем.
Ашин ждал Сабаагизил. Прошел месяц, как Тыгыр отправился в путешествие к берегам Итиля на Запад. Там были другие тюркские племена, о которых Тыгыр узнал у голубоглазого, светловолосого и высокого охотника Нестора. Он кое-как рассказал на тюркском немного о них и Тыгыр, не отпросившись, ушел туда с Нестором. Но должен был уже вернуться. А вот до сих пор ничего о нем не известно. И Ашин стал волноваться за старика. По дороге к озеру показалась жена в желтом, и ему показалось, что движется «кокон». Смешно было видеть эту невысокую девушку в розовом свете дня, да еще и под накидкой.