- Но мы тоже готовы вам помочь, только не вступайте в отношения с Визансом, они очень коварные.
Фадлан пожелал встретиться с русскими купцами, которые торговали пенькой, так необходимой для кораблей, которые намеревались пустить по Средиземному морю...
Святослав снарядил экспедицию в Болгарию с целью посетить и Византию. Избегая всяких разговоров о великих делах, он во главе своих стрелков и лучников, выехал в сторону Болгарии Дунайской. Воспользовавшись отсутствием храброго князя, печенеги напали на Русь, и стали там хозяйничать. Куря только ждал удобного момента. Понимая язык печенегов, он проник в их ряды, завладел отрядом свирепых и голодных степняков, и через своих лазутчиков стал выслеживать князя Святослава на Балканах. Здесь же сильную угрозу для него представляла Греция. В 969 году он отразил нападение печенегов и вернулся в Болгарию. Однако, он тоже допустил ошибку. Дело в том, что в Бессарабии и Молдавии осели печенеги, которых князь то ли не заметил, то ли его лазутчики не донесли вовремя. Непрерывная цепь печенего-тюрко-скифских отрядов помешали завоевать Болгарию и соединиться с Русью. Пришлось ему еще раз отравиться в Болгарию совсем не христианскую, поэтому его встретили как неприятеля. Греки согласились на мирный договор, и князь стал возвращаться домой в Россию. Однако, россияне терпели недостаток во всем, были сильно измождены этими походами на Балканы, да и печенеги не давали оправиться воинам князя. Его ожидали в Белобрежье в устье Днепра. Печенеги напали на дружину князя. Куря убил Святослава и, восхищаясь его красотой и мужеством по совету скифского воина, грязного, лохматого и пьяного, из черепа сделал себе чашу. Как это делается, помогал и рассказывал скиф, у них даже считалось за честь из черепа убитого неприятеля пить, воображая, что вбирают в себя силу и красоту недруга. Эти кровавые события 946 г. (по описанию Н. М. Карамзина) слухами и рассказами дошли и до Гюн-Вэя, Ашина, его семье, его союзу. Горе за друга, траур в честь этих событий покрыли всю территорию Южной Сибири и Горного Алтая. В Турнигюле, Пазарыке, Лебеди, Телецком озере и их территориях только и говорили об этих событиях. Курю предали проклятию.
Но Гюн-Вэй и Ашин знали, что гнев плохой советчик, поэтому стали еще больше и лучше перевооружать свою армию. С помощью китайских и русских мастеров стали ковать оружие из металла, бронзу же оставили для хозяйственных нужд.
Как-то в подземную кузнечную мастерскую заглянул Нестор с несколькими охотниками. Мастер-оружейник сразу обратил внимание на их доспехи: легкие кольчуги и мечи, шлемы на голове, совсем не говорили о том, что у них мирное занятие. И мастер послал подручного ученика за Гюн-Вэем.
Когда тот явился, они отошли в сторону. Нестор был короток как всегда, но рассказал следующее:
- Ольга отомстила за Святослава. Но Куря пока где-то прячется, надо бы нам человека, знающего ваш тюркский язык. Мы поймаем и приведем его к Ольге. Помоги нам. Он еще может много бед натворить!
Гюн-Вэй задумался: кого бы послать? Тыгыр-Таг подходит, но он нужен здесь в кузнице. Танг-хан? Нет, он колеблется. Видимо, Канк-сан выполнит эту задачу. И послал за Канком. Тот знал о предательстве Кури, хотя они были тюрками, на самом деле очень разные по качеству: все же единоначалие Ашина и Гюн-Вэя сказывалось во всем. И Канк-сан согласился проникнуть к Куре.
Часть 26
Дань женщинам...
Победа над эфталитами в 563 году дала возможность укрепить границы и продолжить объединение племен и народов с различной степенью развития в экономическом и культурном плане. И, тем не менее, команда Ашина привлекла внимание представителей китайской династии Тань.
Шли годы и десятилетия. Росло и народонаселение тюркского объединения. Налаженная жизнь молодежи, ее развитие в духовном и физическом плане, создавало условия для благоприятного роста численности населения Союза племен Гюн-Вэя и Ашина.
В семье Ашина выросли и стали крепкими в физическом и нравственном отношении пять сыновей и две дочери. Увеличивались семьи всего Турнигюля, Пазарыка, Горно-Алтайска, уже многие селения подступили к южным рубежам Сибири, Урала, Казахстана. И в то же время...
Ашин, объезжая селения, узнавал во многих оседлых земледельцах своих бывших воинов. Они тысячами, оставляя военную службу, обзаводились прочными семьями с местными девушками.
К концу VII и началу VIII веков тюрки уже имели свои селения и на берегах Аму-Дарьи, Арала (Когана или «Гагана», как называли это море местные тюрки).