1Горбатый баран - гора, о которой упоминается в «Каталоге гор» Китая.
2Там же.
Мужчины слезли с коней и Ашин сообщил о требованиях кидан. Это название было весьма условно, фактически такого народа не было, были агрессоры и жадные разбойники, которые не гнушались ничем, в том числе и продажей женщин. Но беда была в том, что они захватили многоводную плотину, за которой было действительно много воды и, при невыполнении их условий, они могли разрыть плотину или даже взорвать китайским порохом. И эта угроза стала в их руках весьма сильным рычагом в деле нажима на Ашина.
И их первой реакцией при отказе было схватить стрелы с горящими головнями, обстрелять ашинцев и взорвать плотину, сдерживающую огромный поток воды с гор.
Ашинцы успокоили людей, женщин и детей. Мужья вели их под руки, бережно неся малышей, успокаивая немощных старух и своих дочерей. Все женское население было под темными покрывалами с распущенными длинными волосами. Эта картина сильно озадачивала мужей: так женщин вели в рабство. Но сейчас они были еще под охраной мужей...
Ашинцы собрались под навесом у Тыгыра. И снова - совет вождей. Слово взял сам Ашин. Успокоившись после женского хора рыданий, все мужчины внимательно стали слушать вождя. Он же, взглядом указал на дозорного, и тот вышел за полотно во двор. Голос вздрогнул у Ашина, но он произнес:
- Всем желающим отцам, мужьям, братьям предлагаю самим выбрать, кого послать в последний путь еще при жизни своих близких...
Тяжелое каменное молчание среди воинов. Только и слышно было скрип ладоней о тетиву лука да кожаные куртки. Но неожиданно раздался голос старшего сына Ашина:
- Я никого не отдам, сам пойду войной на них, все пойдем!
- Ты видел плотину, загораживающую потоки бурных рек, ты подумал о том, что будет, если ее взорвать?!
- А ты подумал, что будет с нами без наших женщин и возлюбленных?!
- Эй, прекратите спорить, до утра еще есть время: или кидане утонут, или наши женщины сами что-то решат! Доверьтесь их мудрости, - сказал Гюн-Вэй.
Но этого было достаточно, чтобы им напомнило о том, что именно они - мужчины, - главная опора и защита этого края.
Часть 27
Небесные кони и орлы решают судьбу долины Турнигюл.
Уход Ашина
Дабы было бы так, но в течение ночи самые влиятельные женщины собрались в доме Сабаагизил. Уложив детей, она вышла к подругам, среди них были люди из дальних степных аулов. Женщины не плакали, не рыдали, не были грустными от таких вестей. Первая, в спешке открыв лицо, сказала:
- Объявим, что мы идем принимать кодекс ШАО, то есть надо доверить судьбу свою Свету Солнца и Неба, а как нас поймут - это не наша проблема!
- А что надо делать?
- Просто отвязать Небесных коней, то есть серо-голубых в яблоках коней от привязи Ашина. И в то же время открыть незаметно клетки со всеми орлами. В течение ночи их кормить и поить, а потом удалиться от них, к утру они будут готовы летать более энергично.
В стане же киданей возмущались мягкостью ультиматума. Надо было сразу военным походом захватить не только женщин, но и стада! Что с них еще взять, эти же оборванцы степные... Или же захватить без боя их стада в горах...
Но дело назревало еще и потому, что затея со спермантинами-куклами для развлечений, кончилось бедой, навалившейся на мужское население. В утехах и любовных развлечениях мужчины потеряли свою мужскую силу, резко упала рождаемость нормальных детей, а спустя годы народу стало угрожать полное исчезновение. На помощь пришли миссионеры из ислама и христианства. Но идея захвата женщин была не их идеей, не китайского двора... прекрасных людей, близких к Великим Силам и Духа и Матери-земли - кормилицы».
И эти матери, и их дети, тщательно подготовились к отъезду к соседям, чтобы и их одарить немного земной силой и небесной энергией... Причем эта программа была неписанным законом для Ашинского союза племен, поэтому его люди понимали друг друга без слов, им светили душевные поэтические порывы, даже на расстоянии. Такое понимание друг друга без слов и лишних объяснений помогало сохранить единство Союза, и они находили друг друга в любых ситуациях, даже если они оказывались в положении «халаджей», то есть, тех тюрок, которые остались без земли и средств передвижения.
Так и в эту тяжелую ночь со всех концов Ашинского союза стали стекаться люди, узнав об общей беде. Все помогали друг другу пережить предстоящую разлуку через закон «муж + жена + дети + соседи + родители», а всему народу + Ашин и Гюн-Вэй. Но они были знакомы уже и с «Книгой Жизни». Поэтому перед разлукой, каждый член этого Союза пересчитывал все сделанное в сторону Добра и все несделанное - в сторону Зла, если же Добра было больше, чем Зла, то каждый получал еще один год Жизни на страницах этой Книги. И все надеялись своими поступками получить еще одну страницу чистого листа и год Жизни...