— У тебя уютно. — он прошёл через гостиную на кухню — извини, если я проявил дерзость и не дождался тебя внизу. — Милый мой, тебе не нужно извиняться за такие мелочи, хотя, это очень приятно, подумала я.
— Стараюсь, чтобы тут было, как можно чище — я хохотнула, вспомнив, какой бардак у меня бывал раньше и вообще, я не очень люблю уборку и предпочитаю жить в своём хаосе. — но редкое нахождение дома обязывает платить уборщице. Сама я не успеваю. Мы поедем? — спросила я, он повернулся, оторвавшись от созерцания картины мегаполиса за окном.
— Да, если ты готова, то вперёд! — Дэмиен весело ухмыльнулся, и я пошла, к входной двери. — Не забывай ключи, а то останешься ночевать в интересном месте под названием мой дом. — на это я повернулась на каблуках и оказалась совсем рядом с ним. Его грудь едва не касалась моей, а руки напряжённо пытались не касаться. Я подняла глаза и взглянула на него — голубые глаза смотрели внутрь меня, видя, наверное, то сокровенное, что я пыталась прятать. Он прикоснулся к моим волосам и заправил прядь за ухо — От тебя вкусно пахнет. Знакомо. Что это за духи?
Я пришла в себя и попыталась ответить без придыхания:
— Я не помню точно, у меня их десяток. По-моему, это Escada, — я резко повернулась замок и дала понять, что мы выходим. Я не позволю манипулировать собой и моими инстинктами.
Спускаясь в лифте, мы молчали, и это, с одной стороны, было необычно и классно — говорят же, если есть с кем молчать, то это и есть счастье — а с другой, это напрягало, и я спросила:
— Ты выбрал место нам на сегодня? И как расценивать эту встречу? — я мысленно считала этажи.
— Да, я уже забронировал столик в таком месте, где ты не была. — он улыбнулся — Там нет папарацци. Вы, журналисты, такие навязчивые.
— Так, так, стоп, — я махнула рукой — спешу заверить, что папарацци — это не совсем журналистика. Это собиратели грязного белья, работающие для таблоидов. И тебе, как публичной личности, уже давно пора привыкнуть, что в твоих трусах будут копаться, пока ты на музыкальном Олимпе. — я стояла близко и легонько ткнула его пальцем в грудь. — я работаю на качественном и популярном канале. Нам ни к чему подобное поведение. К нам приходят сами и просят, чтобы мы рассказали о них, вас и прочем.
— Смотрите-ка, какие мы чувствительные! — он захохотал — ты забавно раздувает ноздри, когда нервничаешь. И я буду делать это чаще, чтобы видеть твой пульс на шее. — лифт остановился на первом этаже и я, выходя, поздоровались с консьержем, мистером Стивенсоном.
— Добрый вечер, мистер Стивенсон! Как ваши дела? Мэтью сегодня вас заменит? — внук консьержа часто помогал дедушке в работе.
— Добрый, мисс Марс! — он улыбнулся — он придет позже, а я лягу спать. Что-то давление меня не жалеет в последнее время.
В свои 78 лет Майк Стивенсон был вполне в приличной форме, но годы работы на рудниках дали о себе знать.
— Напомните мне дать вам чудные снадобья, которые мне мама передала, вы с ними будете летать, как восемнадцатилетний, — я направилась ко входу.
— Хорошо, до встречи, мисс Оника. — он махнул мне вслед рукой, а Дэмиен открыл дверь.
— Ты очень милая, ты знаешь? — он подошёл к машине. Его водитель (конечно, у него есть водитель, чему я удивляюсь, он же суперзвезда) открыл мне дверцу.
— Ты ещё не проснулся, хотя целый день прошёл. Кажется, да. — я ухмыльнулась и села в машину. Грация кошки, ловкость картошки. Ну как вот девушки садятся так плавно, гибко, сексуально? Я пытаюсь залезть и просто не упасть, соблюдая элементарную технику безопасности. Тем более, когда на мне шпильки. Плюхнувшись на сиденье, пока Дэмиен шел к другой двери, я поправила юбку, Захлопнув дверь за боссом, водитель проследовал за руль, и мы поехали. Молча. Дэмиен ушёл в себя на несколько минут. Как приятно было за ним наблюдать, когда мы не язвили друг другу. Ниспадающие на лоб волосы он всегда поправлял, а мне самой хотелось заправить в причёску торчащие волоски. Наверное, они мягкие, думала я, глядя, как о постукивает по подлокотнику своими длинными пальцами.