Не услышав возражений, Малфой некоторое время внимательно изучал её, пережевывая свою собственную пищу, в то время как Гермиона ковырялась в тарелке. Вопреки ожиданиям, утолить голод ей удалось уже после закусок, и Грейнджер отчётливо поняла, что слишком волнуется. У голода действительно оказались «велики глаза», и сейчас её отвыкший от адекватного питания желудок напоминал о себе. Малфой очевидно понял её поведение по-своему. Тяжело вздохнув, Драко отложил собственные приборы в сторону и, облокотившись о стол и скрестив пальцы перед лицом, заговорил.
– Гермиона, можно я скажу начистоту? Ситуация, в которой ты сейчас оказалась, мало чем отличается от обычных союзов по договорённости, – Малфой внезапно протянул руку и накрыл ею дрожащие пальцы девушки. – А если ты думаешь, что большинство браков среди аристократии заключается по любви, то ты глубоко ошибаешься. В основном это сговоры. И ещё нужно благодарить Мерлина, если твои родители хотя бы приняли во внимание симпатии. Правда, это больше относится к девушкам. Всё-таки, браки инициируются со стороны волшебника.
– То есть ты хочешь сказать, что твои родители не любят друг друга?
– По иронии судьбы, как раз это я сказать и не хочу, – Малфой хмыкнул. – Отец приметил мать ещё в Хогвартсе и вскружил ей голову. Так что, как раз в отношении родителей это исключение из правил. Что не обязательно правда в отношении других членов моей семьи. Например, Белла отнюдь не пылала не только страстью, но даже симпатией в отношении своего супруга, когда её отец заключил договор с Лестрейнджем. Отец Теодора Нотта вёл переговоры за Андромеду, а в конечном итоге женился на матери Тео.
– Потому что Андромеда вышла замуж за Теда Тонкса, - Гермиона кивнула.
– Потому что Андромеда сбежала с магглорождённым, - Драко кивнул. - Отец Нотта, кстати, был уверен, что сбежала именно от него. Но я это к чему говорю: большинство браков среди чистокровных - это именно взаимовыгодные союзы. Но и силой в брачную ночь никто из нас не берёт. Правда, никто и не сопротивляется. Это часть брачного договора.
Гермиона усмехнулась:
– Если не можешь изменить ситуацию, поменяй своё отношение к ней?
– Это не похоже на кредо Гриффиндора, – Малфой прищурился. – Уверена, что Шляпа не предлагала тебе Слизерин?
– Ты меня уже спрашивал. И это высказывание кого-то из маггловских мудрецов.
– Забавно. Им не предлагали Слизерин?
– Скорее, слизеринцы их бы убили. Но я тебя поняла. Я заключила договор. Более того, сделала это без принуждения, ну плюс-минус попытка шантажа, и почти по доброй воле. Ведь никто ко мне ни зелий, ни империо не применял. В конечном итоге, я согласилась сама. Можешь не волноваться, Малфой, жертву насилия из себя строить я не собираюсь.
– Отрадно, потому что насильником я себя тоже никогда в фантазиях не представлял. Конечно, хотелось бы, чтобы у нас было больше времени и все складывалось немного по-другому, – Драко вздохнул. – Ведь в конце концов, никто не заключает контракт и сходу прыгает в постель. Особенно, когда для одной из сторон это только контракт. Было бы намного лучше, если бы у меня было время хотя бы постараться изменить твое отношение ко мне, плюс, твою перцепцию моего отношения к тебе. Но у нас этого времени нет. Поэтому, Гермиона, я только могу тебе обещать: я сделаю все возможное, чтобы показать мои настоящие чувства к тебе.
– Что ты имеешь ввиду под «мою перцепцию»? – Гермиона нахмурилась. – Мне кажется, Малфой, после всех этих лет общения с тобой в Хогвартсе я прекрасно знаю, как ты ко мне относишься.
– Вот именно это я имею ввиду, – Малфой хмыкнул. – Гермиона, подумай сама. Шантаж, не шантаж, но практически я предлагаю тебе стать моей женой в конечном итоге. Да, с этим придётся подождать, пока мы не победим по ряду существенных причин. Поэтому создается впечатление, что я требую от тебя только секс. Но я очень надеюсь, что если ты логически поразмыслишь, то поймёшь, что это далеко не так. Это во-первых. И во-вторых, дорогая, давай ты уже начнёшь называть меня по имени.
– Что? – Гермиона моргнула и уставилась на парня.
– Драко, – Малфой подался вперёд, вновь накрывая пальцы девушки своими. – Меня зовут Драко.
– Я не про это, – Грейнджер была настолько ошарашена, что даже не убрала свои пальцы из-под его ладони. – Какой ещё брак?
– Обычный, – Драко удержался, чтобы не закатить глаза. – Но по соглашению. Мы ведь об этом сейчас с тобой разговаривали.
– Я думала, ты мне просто примеры приводил, чтобы я себя чувствовала не так плохо. Ты что, серьезно намереваешься на мне жениться?
– А ты это ещё не поняла? – Драко вздохнул. – Начинаю понимать, почему всё-таки не Рейвенкло. Да, я намереваюсь официально на тебе жениться после нашей победы. А не просто шантажирую тебя лечь со мной в постель. Теперь, когда все по полочкам, понятно?
– Малфой…
– Драко. Мы же договорились, ты будешь называть меня Драко.
– Ладно, – Грейнджер закатила глаза. – Драко, так ты это серьёзно?
– Предельно.
– И когда это ты вдруг решил, что я тебе нравлюсь, и ты хочешь на мне жениться?
– А вот это, дорогая, не один вопрос, а два. То, что ты мне нравишься, я понял ещё на первом курсе. Даже поначалу пытался выяснить, может ты на самом деле принадлежишь к одному из наших магических родов. Правда, быстро понял, что нет.
– Ничего не понимаю, – Грейнджер покачала головой. – Ты же ещё со второго курса на меня бросаешься, как бык на красную тряпку.
– Не совсем точное сравнение, да и причины другие, – Малфой хмыкнул. – Но в принципе, да. Проявлять повышенную реакцию я стал где-то на втором курсе. А не припомнишь, что заставило меня, так сказать, броситься на эту «красную тряпку»?
– Честно говоря, не очень, – Грейнджер пожала плечами. – Кажется, команды факультетов не поделили квиддичное поле или время для тренировки.
– Ты что, серьезно? Ты даже не помнишь, что мне тогда сказала?
– А что я такого сказала? – Гермиона явно напрягла память. – А, вспомнила. Ты выпендривался на счёт того, что тебя сделали ловцом команды, как Гарри.
– А ты намекнула, что место в команде мне купил отец, – Малфой ошарашено смотрел ей в глаза. – Ты что, реально не понимаешь, почему я тогда разозлился?
– Нет, Малфой, – Грейнджер сделала паузу и щелкнула пальцами, словно заставляю себя что-то припомнить. – Драко. Я понятия не имею, почему ты взбесился.
– Да потому, что как ты только что выразилась, выпендривался я конкретно перед тобой! Нет, как можно быть такой непонятливой, и при этом в классе ловить все на лету?
– Ты хочешь сказать, что пытался впечатлить меня? – Грейнджер казалась искренне шокированной.
– Ну, да! А ты меня быстро спустила с небес на землю.
Какое-то время Гермиона молчала, периодически хлопая ресницами и не отводя взгляда от Драко. Словно изучала его, анализировала слова и переосмысливала информацию. Наконец, девушка тряхнула головой с затянутыми в строгую причёску волосами.
– Получается, я сама нарвалась, – тёплые карие глаза прищурились, а на губах внезапно появилась почти Малфоевская ухмылка. – Но все равно можно было не сыпаться оскорблениями и взрываться так уж очевидно. Ладно, в любом случае, приношу извинения. В конце концов, даже я, которая в квиддиче разбираюсь не так уж сильно, прекрасно видела: ловцом ты был отличным.
– Спасибо, именно от тебя эта похвала для меня много значит.
– Невероятно, но поверю на слово. И спасибо за объяснение.
Драко несколько мгновений напряженно смотрел на Грейнджер, а потом, отложив салфетку в сторону, поднялся из-за стола. Гермиона напряглась, наблюдая за рукой, сейчас к ней протянутой, когда слова Драко набатом ударили в сознании:
– Иди ко мне.
========== Часть 13 ==========
Грейнджер нервно сглотнула, но заставила себя не отводить взгляд. Кивнув, Гермиона поднялась с места, доверчиво вложив пальцы в протянутую руку парня. Она была не уверена, что он задумал, хотя в голове и вертелось несколько версий, но Драко её удивил. Он не увёл её в другую комнату, не сделал ничего предрассудительного. Вместо этого, повинуясь взмаху волшебной палочки, в комнате зазвучала музыка.