– Крестраж всем нам имел, что сказать, - отрезала Грейнджер, явно не желая развивать тему Рональда. - Но теперь ты понимаешь? Нагини крестраж!
– Кстати, это объясняет и власть, которую Тёмный Лорд над ней имеет, - Драко вмиг стал серьезным.
– Что?
– Ну, я тоже кое-что почитал о крестражах после того, как вы мне о них рассказали. Оказывается, у нас в библиотеке было пару книг… Живые крестражи, конечно, огромная редкость, но у них имеется особенная «связь» с инициатором, или создавшим их волшебником…
– Говоришь, связь… Но тогда, Гарри… - Гермиона умолкла. Внезапно, она казалась за тысячи вёрст от менора, так далеко, что Малфой был уверен, позови он её сейчас, Грейнджер даже не откликнется. А ещё, парень готов был держать пари: её озарила разгадка давно мучившего вопроса. Впрочем, девушка довольно быстро пришла в себя. - Драко, а ты не мог бы дать мне почитать эти книги?
– Гермиона, что происходит? Я принесу тебе книги, но ты должна мне рассказать…
– Драко, я обещаю, что в своё время все тебе объясню. Только пожалуйста, как можно быстрее дай мне возможность ознакомиться с этой литературой… Ты не представляешь, как это важно!
– Хорошо, - парень кивнул и поднялся с места. - Я сейчас же за ними схожу…
***
Гермиона Грейнджер отложила в сторону очередную книгу, которую читала так внимательно, что могла бы без запинки ответить, на какой странице говорилось о чем. Точнее, девушка прочитала её уже третий раз, пытаясь отыскать хоть какие-то ссылки, намёки на решение интересовавших её вопросов. По всему выходило, что её догадка относительно Гарри была правильной.
А ещё, некогда свято верившая каждому слову профессор Дамблдора, Грейнджер теперь задавалась единственным вопросом: как директор мог не знать? Или, хотя бы не догадываться? Ответ напрашивался сам собой. Альбус знал. Единственное, что Гермионе было на данный момент не понятно, это что с этим всем делать.
Девушка осознавала, что пока не найдёт ответы на мучившие её вопросы, Поттеру обо всём рассказывать не имеет смысла. Гарри все равно ничего не сможет сделать, а знание заставит его прийти лишь к одному логическому выводу, и на данном этапе это было никому не нужно и ничего не решало.
Впрочем, следовало искать ответы и на другие вопросы, все из которых были вполне актуальны для них на повестке дня. Противоядие к укусу Нагини. Остальные крестражи. Метод их уничтожения. Меч Гриффиндора отобрала Беллатрикс, и хотя Драко обещал попытаться его разыскать, куда подевалось легендарное оружие основателя факультета Храбрых, Гермиона не знала.
Накануне они довольно долго разговаривали на тему уничтожения крестражей с Гарри, и догадка озарила их практически одновременно. Точнее, ответ пришел после её рассказа Малфою об уничтожении дневника Тома Реддла.
Клык и яд василиска. Им нужно всего лишь спуститься в тайную комнату Слизерина и собрать несколько всё ещё торчащих в голове чудовища клыков. Один крестраж они уже уничтожили, быть может, удастся применить яд и против других. В принципе, с помощью Малфоя пробраться в тайную комнату не составит огромного труда.
Когда-то, Грейнджер догадалась заколдовать свою сумочку и мантию Поттера таким образом, что из сумки её могли достать только она сама или Гарри. Теперь, когда её бисерный ридикюль вновь был возвращен своей законной владелице, Гермиона незамедлительно удостоверилась, что мантия вновь оказалась в руках её друга.
В принципе, на данный момент мантия всего лишь ожидала своей очереди быть использованной в нужный момент, а таковой мог возникнуть, когда с помощью Малфоя Поттер сможет пробраться сперва в Хогвартс, а потом и в комнату Салазара Слизерина. Правда, сперва нужно было проникнуть в ячейку Лестрейнджей в Гринготтсе. Их приоритеты однозначно были расставлены таким образом, что крестраж, что бы это ни было, нужно попытаться раздобыть в первую очередь.
И хотя предусмотрительный Поттер аргументировал, что лучше всего было бы иметь возможность избавиться от найденного крестража как можно быстрее, к всеобщему удивлению Малфой вдруг предположил, что Тёмный Лорд вполне мог спрятать что-то и в Хогвартсе. А в таком случае, было бы логичнее сделать одну вылазку в школу, но при этом убить двух зайцев: забрать клыки василиска и найти крестраж одновременно.
В конце концов, Малфой в школе мог появляться, не вызывая особенных вопросов, а шансы остаться незамеченными во время одной вылазки были намного больше, чем многократные появления в Хогвартсе. Особенно если учесть, что каждый раз под мантией-невидимкой рядом с ним будет Поттер или кто-то другой.
Отвлекаясь от своих мыслей и возвращаясь к насущным проблемам, Гермиона вздохнула. На данный момент ей следовало отложить все размышления о крестражах и сконцентрироваться на очередном предстоящем испытании: обеде с Малфоями…
========== Часть 18 ==========
К огромному и нескрываемому удивлению Грейнджер, её трапезы с родителями Драко практически уже вошли в традицию. После памятного утра, когда Люциус обнаружил магглорождённую волшебницу в постели своего сына, прошло уже несколько недель, и, изумив этим в первую очередь саму себя, Гермиона довольно неплохо научилась общаться со старшим поколением хозяев Малфой-менора.
Люциус, старательно отбросив в сторону свои предрассудки, или просто очень умело притворившись, что преуспел в этом, был с Грейнджер образцово-показательно вежливым и почтительным. Даже Драко дивился, как быстро изменил свое прежнее отношение к идеям чистоты крови, или хотя бы перестал выставлять его напоказ, консервативный отец.
Нарцисса была посвящена в тайну приблизительно через неделю после того, как её супруг выложил перед Гермионой все карты на стол. Похоже, именно столько времени понадобилось почтенному патриарху семейства Малфоев, чтобы тщательно подготовиться к неизбежному скандалу и предотвратить потенциальные осложнения.
Впрочем, Гермиона при «разборе полётов благородного семейства» не участвовала, и поэтому могла лишь рисовать красочные картины в своем довольно богатом воображении.
Драко долго смеялся, когда девушка, в ужасе округлив глаза, напомнила, что его мать всё-таки является сестрой Беллатрикс, и бурная реакция по логике вещей была гарантирована. Правда, он не преминул напомнить, что второй сестрой Нарциссы является Андромеда, а та в свое время уже отреклась от традиционных взглядов и построила своё реальное, хоть и очень отличное от представлений семьи, личное счастье.
Гермиона всегда была восприимчива к логике и здравому смыслу, и поэтому ей пришлось согласиться, что предсказать реакцию третьей в-девичестве-мисс-Блэк было затруднительно. Особенно если учесть, что вестником этих потрясающих новостей являлся её драгоценный супруг.
Впрочем, когда её наконец официально представили высокопочтенной леди Малфой за их первой совместной трапезой, Нарцисса была предельно вежливой и сдержанной, хотя и вела себя довольно прохладно. Гермиона мысленно вздохнула, уже представив себе их отношения в будущем, но бывшая мисс Блэк её откровенно удивила.
Приблизительно с недельку Нарцисса даже не скрывала, что тщательно приглядывалась к магглорождённой волшебнице, а потом корка льда, которая Гермионе поначалу казалась размером с вечные льды Антарктики, стала медленно таять. Гермиона даже не скрывала своего изумления, когда с каждым днём отношение к ней Нарциссы становилось все теплее и теплее, и хотя девушка не видела их близкими подругами в каком-либо будущем, но и несравненную Бэллу Нарцисса напоминать перестала.
– Всё шаг вперёд, – вздохнув, заключила для себя Гермиона. Драко Малфой, громко хмыкнув, от всего сердца согласился с девушкой.
В отличии от Грейнджер, реакцию матери на новость о собственной избраннице Драко имел возможность видеть воочию. И должен был признать, что Нарцисса-в-девичестве-Блэк отреагировала совсем не так, как ожидал её сын. Впрочем, любую историю начинать нужно всегда с начала…