Гермиона задумалась. С одной стороны, мантия на её памяти работала безотказно. Снейп всегда вёл себя, словно что-то подозревал, но во все прошлые разы, когда различные члены их троицы натыкались на Северуса, укрытые наследием отца Гарри, они оставались неопознанными. А с другой стороны, Гарри рассказывал, что когда он был под мантией в присутствии Дамблдора, Альбус вёл себя так, словно знал, что Поттер находится в комнате.
Могло ли такое быть, что и Снейп знал, но по какой-то причине делал вид, что их не заметил? Или, мантия действительно скрывала от всех обнаруживающих заклинаний? Очень хотелось верить именно в последнее, но и первый вариант, а именно, что Снейп их не выдавал, наводил на определённые и вполне обнадёживающие мысли.
В любом случае, Грейнджер уже поняла, что подобные вещи с Драко следует проговаривать вслух. Слизеринец порой имел уникальную перспективу и точку зрения. Вот и сейчас, выслушав рассуждения девушки, Малфой согласно кивнул.
– Снейп себе на уме, мой отец всегда так говорил. А ещё я точно знаю, что мама сомневалась в нём и его действиях, но никогда об этом никому не говорила. Тётя Белла ему тоже не доверяет.
– Но тем не менее, Снейп убил профессора Дамблдора, – Грейнджер сморгнула уже появлявшуюся в уголке глаз непрошеную слезу. Впрочем, сделав огромное усилие над собой, она уже в следующее мгновение решительно встретила взгляд Малфоя.
– Ты понимаешь, в чем дело, Гермиона, – Драко вновь поморщился. – Там столько всего накручено. Во-первых, мать взяла с Северуса непреложный обет, что он поможет мне, и если нужно, сам убьет директора. Во-вторых, я обратил внимание, что у Дамблдора было что-то не так с рукой. Она была чёрной. И в-третьих, – теперь Драко смотрел прямо в глаза девушки. – Там, на Астрономической башне, у меня создалось впечатление, что Дамблдор элементарно тянул время. Сперва я подумал, что он ждёт подмоги. Потом появились остальные пожиратели, и у меня мелькнула мысль, что он бы предпочёл, чтобы его убил кто-то из них. Но Белла однозначно дала понять, что это моя миссия. Ты бы видела его выражение лица. А вот когда появился Снейп, он расслабился. Сперва я подумал, что Дамблдор надеялся на его помощь. Ведь на Слизерине все были просто уверены, что наш декан обвёл директора вокруг пальца, а на самом деле предан Тёмному Лорд. Но теперь мне все больше и больше кажется, что Дамблдор ждал помощи, но не для себя.
– Хочешь сказать, – Грейнджер теперь говорила очень медленно, чётко выговаривая каждое слово. – Что всё это было подстроено?
– Я честно не знаю, – Малфой вздохнул. – Но у меня реально там, на Астрономической башне, складывалось впечатление, что всё это – тщательно разыграный спектакль. При том, спланированный именно Дамблдором. Не знаю, как тебе это объяснить.
– Что ж, – Грейнджер кивнула. – Время покажет. Но одно я могу сказать точно: все прошлые разы под мантией мы оставались незамеченными. Или, Снейп не показал виду, что нас заметил.
– Просто предупреди Поттера, что если что-то пойдёт не так, он должен мгновенно аппарировать прочь. Или позвать Добби. Я попробую задержать Снейпа до того, как мы переступим антиаппарационный барьер, потому что потом это будет уже неважно. Сориентируемся на месте, но Поттер должен быть готов.
– Согласна, – Гермиона кивнула.
План был составлен, согласован, и больше они это не обсуждали.
========== Часть 23 ==========
Драко встретил Гарри Поттера и Рона Уизли в назначенном парнями месте. Малфой отметил, что друзья Грейнджер по-прежнему проинструктировали Добби перенести его на нейтральную территорию, и они вновь встречаются на опушке леса.
Впрочем, Малфой был не в обиде. Ментальные способности и умение читать мысли Тёмного Лорда были поистине легендарными, и Драко сам бы не смог пообещать с какой-либо долей уверенности, что примени Тёмный Лорд эти самые способности к нему, да ещё при этом окажи особенное пристрастие… Драко вполне мог бы и не выдержать.
А вот расколоться и показать секреты Гарри Поттера – это был слишком большой и неприемлемый риск. Поэтому, на вопросительный взгляд избранного, Малфой лишь кивнул: он все понимает.
Едва оказавшись на полянке, Добби мгновенно отпустил руку бывшего хозяина. А точнее, он вырвал свою, словно рука младшего Малфоя обжигала его огнём. И вновь Драко даже в мыслях не находил это ироничным. Он твёрдо знал к этому моменту, что домашние эльфы особенно остро реагирует на крестражи. Не говоря уже о том, что «тёмные вещи» они чувствуют буквально на инстинктивном уровне.
Поблагодарив Добби, Малфой протянул парням руку для пожатия. Поттер мгновенно ответил на его жест, крепко сжав ладонь бывшего неприятеля. Рон Уизли последовал примеру своего друга довольно неохотно, но на рукопожатие тоже избрал ответить. Обменявшись приветствиями, все трое незамедлительно перешли к делу. Достав из кармана школьной мантии бисерную сумочку Грейнджер, Малфой в душе усмехнулся слегка приподнятым в удивлении бровям Уизли и Поттера. Впрочем, на этот раз Малфой решил ответить, а не молчать.
– А что, эта сумочка реально создана просто с гениальным потенциалом. Честно говоря, даже моя мать была изумлена, сколько всего Грейнджер заколдовала этот маленький ридикюль удерживать. А ещё, чары скрытия веса. Точно вам говорю, когда все это кончится, уговорю Гермиону открыть свой магазинчик по производству и продаже багажа. А если ещё учесть, что эта штуковина маггловская… Нереальные возможности, сундуки однозначно выйдут из употребления.
– Да, я уже говорил Гермионе, что согласен быть спонсором её первого предприятия. От дамских сумочек и школьных рюкзаков, до чемоданов. Правда, с такими чарами, кому нужен багаж? – Поттер хмыкнул, и Малфой вопреки себе подметил, что тот тоже не промах. – Осталось только победить сам знаешь кого, и ввести моду на маггловские вещи.
Поттер насмешливо пожал плечами, небрежным жестом подчёркивая иронию последней части своей содержательной речи. Впрочем, вопреки ожиданиям избранного, Малфой иронию подхватил, с готовностью кивнув головой.
– Согласен, всего лишь дело за самой малостью.
– Тогда приступим к приближению этого самого незначительного нюанса? – Гарри протянул руку в ожидании, явно намекая, что светская беседа окончена, обмен любезностями пора прекращать и переходить к делу.
И снова Малфой лишь кивнул в ответ, открывая бисерную вещицу и погружая в неё руку практически по самый локоть. Через мгновение Драко достал сперва меч Гриффиндора, теперь надёжно спрятанный в ножны гоблиновской работы, а затем, передав его Поттеру, вновь погрузил руку в сумочку.
– Забавно, однако, – Малфой даже не удивился, когда Поттер заговорил. Драко вполне ожидал каких-либо очередных подколок от золотого мальчика.
– Что именно? Что я не мог призвать меч и чашу заклинанием? – Драко с вызовом встретил взгляд Гарри, на этот раз протягивая ему чашу. – Так на крестражах это не работает, и меч Гриффиндора тоже, оказывается, себе на уме.
– Как раз это я знал, – отмахнулся Поттер, от чьего внимания не ускользнула явная готовность Малфоя принять словесный бой. – Просто вижу, что меч обзавёлся очень даже привлекательными ножнами.
– И тоже явно гоблиновской работы, – первый раз за все время падал голос Уизли.
– Ну, найти ножны в меноре было не так уж и сложно. А потом я подумал, что такая благородная вещь просто не может быть спрятана в несоответствующий её статусу чехол, – Драко усмехнулся, решив не развивать историю дальше.
На самом деле, он был далеко не уверен, что сталь гоблинов не прорежет любые другие ножны насквозь. Что мгновенно отметила и Грейнджер. Похоже, Гарри Поттер тоже был не лыком шит. Подозрительно прищурив глаза, избранный потёр переносицу и поднял внимательный взгляд на Малфоя.
– Или, не хотел случайно порезаться, – Поттер ему подмигнул. – Ведь доставать эту вещицу придётся из сумочки вслепую.