– Так что, Поттер, тоже решишь оставить официальную заявку, или понадеешься на свою дружбу с Гермионой? - Драко насмешливо подмигнул избранному.
– А ты хочешь сказать, – Гарри прищурился, скрестив руки на груди, и теперь был совсем не похож на друга детства, которого Грейнджер помнила. Перед ней стояла строгий глава Аврората. – Что будешь рассматривать предложение рода Поттеров наравне со всеми? Как-то нелогично для Малфоев. Всё-таки, мир изменился за последние одиннадцать лет.
– Господа, – Гермиона сделала решительный шаг, стратегически поместив себя между мужчинами, и выставила руку вперёд. – Мне кажется, ваша дискуссия бессмысленна. Дети сами разберутся. То есть, когда придёт время, Изи сама выберет, кто ей по сердцу. Надеюсь, никто здесь не настаивает на том, чтобы заставлять собственных детей или заключать какие-то старомодные сделки?
Драко и Гарри переглянулись, то ли намереваясь согласиться с Грейнджер, то ли оспорить её аргументы, но внезапно в разговор, легко и задорно рассмеявшись, вступила Нарцисса.
– Ваша дискуссия и правда бессмысленна, господа, – миссис Малфой сделала особенное ударение на последнем слове. – Хотя и не по той вполне логичной и романтичной причине, которую нам озвучила мисс Грейнджер.
– Нарцисса, что тебе известно? – Люциус нахмурился, оборачиваясь к супруге.
– Только то, что я уже успела приметить на руке Изабеллы браслетик тетушки Доротеи Блэк. А поскольку это семейная реликвия его прабабушки, хоть Джеймс
и сообразил представить свой маленький презент, как запоздалый подарок на день рождения, передача девушке подобных фамильных драгоценностей в нашем мире имеет особенное значение.
– Другими словами, мистер Поттер, – теперь пришла очередь Люциуса расхохотаться. – Если вы ещё не поняли, ваш «пострел уже поспел». И свое место прочно застолбил.
– Какая неудача для вас, мистер Малфой, – глаза Гарри сверкнули опасным, зелёным огнём. – Упустили такую возможность заключить союз с кем-нибудь из ваших «священных родов».
– Да бросьте, мистер Поттер, – Люциус явно провокацию не принял, легко отмахнувшись от Гарри. – Я предвидел нечто подобное ещё вчера. Теперь мне вот только одно интересно: это Тедди-несостоявшийся-Блэк, явно наслушавшись рассказов бабушки Андромеды, надоумил вашего не по годам шустрого отпрыска, или Джеймс сам сообразил?
– Брось, дорогой, – махнула рукой Нарцисса. – На самом деле, ему столько людей могли подсказать, что даже пытаться гадать не стоит. Но да, забавно, что он выбрал вещицу из рода Блэк.
– Просто, для него доступ к браслетику прабабушки Доротеи по видимости был легче, чем к фамильным драгоценностям Поттеров, – пожав плечами, предположил Люциус.
– Если это та рубиновая вещица гоблиновской работы, которую Джинни обычно носит, не снимая, и которой как раз сегодня я на её запястье не видел, - Гарри закатил глаза. - То у Джеймса явно была сообщница.
– Ясно, - Люциус хмыкнул, одарив самого Гарри насмешливым взглядом. - Уизли снова взялись за свои трюки. Окрутить маггловоспитанных, пока те ещё не успели сообразить, что к чему.
– Одним словом, дорогой, – перебив супруга, слишком явно намекавшего на когда-то «окрученного» точно таким образом самого Гарри Поттера, подытожила Нарцисса и обернулась к Драко. Утверждения Люциуса переходили на опасную стезю. – Особых «услуг» тебе не светит. А каким образом юного мистера Джеймса не отправили на Слизерин, это мы потом как-нибудь узнаем, но что-то мне подсказывает, что как многие «истинные слизеринцы» до него, оказавшиеся на Гриффиндоре, он просто попросил Шляпу.
***
Вечером, в башне Гриффиндора, спальне первого курса…
Тедди Люпин, развалившись на своей постели, наблюдал за Джеймсом. Лучший друг вернулся в их комнату вполне довольным и счастливым. Хмыкнув, сын оборотня и метаморфа приподнялся на локте.
– Я так понимаю, брат, что твоя операция по «устройству будущего рода Поттеров» прошла вполне успешно?
– Ты что этим хочешь сказать? – Джеймс приподнял бровь, одаривая лучшего друга насмешливым взглядом зелёных глаз.
– Только то, что тебе удалось все задуманное. Маменька без лишних возражений отдала браслет, а Изи приняла подарок, даже не подозревая о присутствии второго дна. Кстати, если верить моей бабушке Андромеде, – Тедди подмигнул. – Это называется «провернуть классическое Уизли».
– Да бросай ты свои намеки, – Джеймс недовольно поморщился. – И кстати, я предупредил Изабеллу, что этот браслет в моей семье уже много лет.
– И конечно же, каждая ведьма, воспитанная магглами, прекрасно знает, что это значит, – Тедди насмешливо закатил глаза.
– На самом деле, брат, если тебе так нужно знать, – лицо Джеймса Поттера приняло серьезное выражение. – То я ей объяснил. Потому что только идиот бы не предусмотрел, что любая чистокровная девчонка ей через пять минут все растолкует.
– И Изабелла приняла твой подарок? – на лице Тедди Люпина теперь читалось выражение непередаваемого изумление. – То есть, добровольно согласилась?
– Я добавил, что этот браслет ничего такого не подразумевает, – Джеймс небрежно пожал плечами. – И ни к чему не обязывает. Это всего лишь подарок на день рождения.
– И она тебе поверила?
– Что ты имеешь в виду?
– Только то, друг, что я не перестаю изумляться твоему внутреннему слизеринцу. Похоже, легенды о твоем отце действительно имеют глубокую основу.
– И на что ты сейчас намекаешь? – Поттер насмешливо изогнул бровь, но в зелёных глазах задорные черти ламбаду плясали.
– Только на то, что я преклоняюсь перед твоей смекалкой. Ведь даже если Изабелла рассматривает этот браслетик только как подарок, даже если ты сам сейчас на него смотришь именно так, – Тедди даже с кровати поднялся, изображая шутовской поклон. Притом, довольно низкий. – То все остальные в волшебном мире присутствие этой семейной реликвии Блэков на её изящной ручке просто обязаны воспринимать совершенно с другим подтекстом. Моё бесконечное восхищение, брат.
– Ну, знаешь ли, я не могу нести ответственность за то, что там может подумать «кто-то» в волшебном мире, – Джеймс театрально пожал плечами, отворачиваясь в сторону.
– Это твой папочка так говорит? Наша эмблема честного и прямолинейного Гриффиндора?
– Нет, – а вот теперь Джеймс позволил себе довольную ухмылку, многозначительно подмигнув Люпину. – Моя мама.
– Как я уже сказал, «классическое Уизли», – наверное, если бы в руках у Тедди был бокал, он бы отсалютовал своему другу. Но поскольку ничего такого у него сейчас не было, парень всего лишь изобразил ещё один шутовской поклон.
– Придурок ты, Тедди Люпин, – юный Поттер громко рассмеялся.
– Как знаешь, – в ответ тот лишь пожал плечами. – Только помни, от кого ты это всё в первую очередь узнал.
– И что мы этим хотим сказать?
– Что с тебя очередной должок на будущее, брат.
И с этими словами Тедди Люпин, впрочем, тоже с очень довольным выражением лица, отвернулся к стене, всем своим видом показывая, что ему пора спать. Через мгновение Джеймс залез в собственную постель, не менее довольный, чем его лучший друг. Делить им было абсолютно нечего, а взаимные «услуги» обычно только шли обоим на пользу.
Да и вообще, они ещё с детства считали себя чуть ли не братьями, выращенные практически вместе и всегда имеющие друг друга в напарники для игр и шалостей. А вот о традициях чистокровных Джеймсу рассказывали намного меньше: отец и сам далеко не все знал, а мать не особенно следовала традициям. А вот тётушка Андромеда считала, что знания – это сила.
Что ж, в них всех текла горячая кровь семейки Блэк. Потомственных слизеринцев.
========== Часть 29 ==========
Комментарий к
Помнится, все хотели знать, о чем говорили Драко и Гермиона после воссоединения… что ж, пришла пора рассказать.
Положа руку на сердце, Грейнджер должна была признать: она была очень удивлена, когда в первый же день по прибытии Изабеллы в Хогвартсе, Гермиону, наконец, нашли. Впоследствии, выслушав восторженный рассказ дочери о произошедшем на распределении, волшебница, которую все единогласно признавали весьма эрудированной, вновь столкнулась лицом к лицу с фактом, как мало ей всё-таки было на самом деле известно об артефактах волшебного мира.