Последнее сопровождалось настолько насмешливой улыбкой, что поднявшееся возмущение вернуло способность двигаться. Она даже почти предприняла попытку нырнуть в двери бара и ускользнуть в сторону туалета, где точно должен был найтись неприметный второй выход, но была поймана за руку.
— Нет-нет-нет, мне интересно, чем эта история закончилась! — почти галантно повёл её вперёд Диего, но хватка как у капкана не позволила расслабиться ни на мгновение.
Как ни странно, один столик как раз оказался свободен. Тот самый, за которым они втроём сидели. Видимо, Герман и Вилл только-только ретировались, а новые гости пока не заняли освободившееся место, решив, что они ненадолго. Сев на знакомое место, Адель оглядела бар. Вилл нашёлся у музыкального автомата.
«Дурак!» — подумала было она, но сообразила, что Герман намеренно оставил дурачка в баре, чтобы отвести от неё беду. Приклеившийся дон тоже заметил светлую шевелюру и заметно расслабился. На манер хищника решил, что достанет его позже.
Иронией судьбы она заняла место Германа и со всеми деталями рассказывала о главном подарке судьбы, о почти том, что нужно, но не совсем, и долго разжёвывала концептуальную разницу. Пока она говорила, Герман с Виллом начали двигаться к выходу, но Диего волком осматривал территорию и не позволил бы им просто так ушмыгнуть. Требовалось переключить его внимание полностью на себя. Хлопать синими глазками, да поигрывать рыжими волосами перед отчасти взбешённым доном стало бы заранее провальной идеей. В ход шёл исключительно диалог.
— Разве это не странно? — перешла она из защиты в наступление, когда тот ненадолго отвлёкся на помощницу бармена, чтобы заказать что-то.
Диего одарил её мимолётным взглядом и уже готовился повернуться в сторону Вилла, когда она набралась наглости и дёрнула его к себе за галстук. Наглость была вознаграждена полным вниманием с толикой ярости в её сторону.
— Вот вы, — принялась она разворачивать свою мысль, удерживая собеседника за широкую полосу ткани. — Дорогой галстук и дорогой костюм. Всё на заказ, индивидуально и никакого ширпотреба. Автомобиль из самых лучших. Часы, вижу, из топовых. Думаю, так вообще со всем в жизни. Вы выбираете комфорт, высшее качество, эталон и роскошь. И за ценой не скупитесь. Верно?
— Допустим, — согласился он, взгляд от неё впервые не отвёл. Видимо, когда разговор зашёл конкретно о его персоне, взыграло самолюбие.
— Вы считаете, что в жизни достойны получать самое лучшее. Только первый класс и никак иначе. Не размениваетесь на второй сорт, — продолжала она гладить его по шёрстке. — Но при слове lebenslangerschicksalsschatz вы смеётесь. Вы можете и желаете получать от жизни лучшее во всём. Кроме главного. Когда доходит дело до партнёра, то вы не ищете самого лучшего. Того самого. Свой высший класс. Не lebenslangerschicksalsschatz, а что попроще.
Насмешливая улыбка медленно и неумолимо сползала с лица надменного дона. И не по причине гнева. Он задумался. Возможно, впервые за вечер он по-настоящему серьёзно задумался над её словами. Более того, ему нечего было ей сказать в ответ. Он откровенно потешался над всеми словами о том самом. Высмеивал пересказанные слова Германа. Но вопрос его сразил. Вилл и Герман незаметно покинули опасную территорию.
— Почему мы вообще готовы размениваться на второй и третий сорт? — продолжила она свою мысль, уже раздумывая о предстоящем браке с неизвестно кем. — Мы даже не вступаем в сделку с совестью, предпочитаем что-то удобное, не требующее рисков. Вернячок. Но смеёмся над теми, кто выбирает в самом важном вопросе лучшее и никак иначе. Кто ещё над кем должен смеяться…
Им принесли два бокала и бутылку вина. Словно они сидели не в обычном баре, а в серьёзном ресторане, вино продемонстрировали, зачитали, открыли и старательно разлили по бокалам. Адель после двух мохито смотрела на бокал вина как на гранату. Никогда не знаешь, какой глоток отключит её разум и оставит только режим шальной императрицы. Проверять не хотелось. Тем более накануне знакомства с будущим мужем. Дважды тем более рядом с этим Диего, от взгляда которого она едва сдерживала дрожь. И если там, на улице, она была уверена, что дрожит от страха перед пугающим доном, то теперь странное томление чуть ниже живота намекало на совсем иные причины. Не мог же он ей понравиться?
— Хорошо. Признаю. Вся эта тема с leben-slang-er-что-то-schatz весьма интересная. Меня трудно заставить в чём-то сомневаться. Можешь считать, что выкупила своего друга, — великодушно заявил он. — Пусть уходит.
Он повернулся в сторону зала, но ожидаемо не увидел белобрысой головы. Тот, кому было выдано королевское помилование, бежал. В этот момент Адель поняла, что упустила шанс отойти «попудрить носик» и смыться следом. Пока Диего был в раздумьях, он бы не заметил её пропажи. Зато теперь повернулся к ней сверкая маниакальным блеском в глазах, дополненным улыбкой, не предвещающей ничего хорошего.