Дезинсектор скорчил кислую мину.
— Вы имеете ввиду что-то кроме потери человека и гниющего матриарха шелкопряда, прорвавшегося через половину хаббла?
Бенедикт терпеливо улыбнулся.
— Там десятки жертв, сэр, некоторые мертвые, некоторые ранены, а некоторые балансируют на краю. Среди последних моя шестнадцатилетняя двоюродная сестра, Гвендолин, которую я очень люблю. — Его улыбка внезапно испарилась, а кошачьи глаза затуманились и засверкали янтарем и золотом. В голосе молодого человека прорезались угрожающие нотки. — У нас у всех был длинный вечер, сэр.
Феликс мгновенно напрягся, одна рука переместилась к рукоятке хлыста.
Бенедикт никак не отреагировал на это, словно не подозревая о враждебных намерениях собеседника. Только глаза выдавали его. В них тлел гнев и Гримм сделал себе заметку. Молодой мастер Сореллин представлялся спокойным и общительным юношей из высших слоев хаббла Монинг, но Гримм в свое время встречал достаточное количество опасных людей.
Чтобы безошибочно распознать одного из них в Бенедикте Сореллине.
Гримм посмотрел на Феликса. То, что произойдет дальше, зависело от того, увидел ли Феликс в молодом человеке то же, что и Гримм.
Феликс был не дураком. Он хмыкнул, отвернулся и небрежно увеличил дистанцию между собой и грозным воинорожденным. Он поднял кружку, допил содержимое одним глотком, прежде чем вернулся к ним и посмотрел на Гримма.
— Это кто?
— Мой товарищ, — спокойно сказал Бенедикт.
Феликс снова хмыкнул, разглядывая их по очереди.
— Он флотский. Так? — фыркнул дезинсектор. — О, в гражданской одежде, конечно. Но эти мальчики могут ходить голышом и все равно не избавятся от мундира. Он прищурился, глядя на Бенедикта. — Вы тоже не в форме. Гниль и плесень, что этот старик из Монинга снова задумал?
— Вы правда хотите это знать? — спросил Бенедикт.
— И погрузиться в это с головой? — вздрогнул Феликс. — Упаси Господь, нет. У меня итак достаточно проблем.
— Умно, — сказал Гримм.
— Я бы хотел осмотреть останки вашего человека, если это возможно, — произнес Бенедикт.
Феликс пожал плечами и махнул головой.
— Располагайтесь.
Бенедикт кивнул в благодарность и удалился в соседнюю комнату. Он приподнял ткань. Гримм не мог видеть большую часть фигуры под ней и порадовался этому. То, что удалось разглядеть, было ужасно разорвано и искалечено.
Феликс не смотрел в ту сторону. Он уставился на свою кружку, крутя ее в сильных, усеянных шрамами руках.
— Как его звали? — тихо спросил Гримм.
— Моберли, — так же тихо ответил глава гильдии. — Гаррис Моберли.
— Сколько лет?
Феликс поморщился.
— Двадцать.
Гримм кивнул снова.
— Семья?
— Жена, брат, мать, — сказал Феликс. — Жена на сносях.
Гримм сочувственно вздохнул и потряс головой.
Феликс кивнул в ответ. Затем поднял глаза на Гримма.
— Приходилось?
— К сожалению.
Феликс выдавил кривую усмешку.
— Налить?
— Обязательно.
Дезинсектор плеснул из бутылки в свою кружку и, достав с полки такую же, повторил движение. Затем быстро поднял свою кружку к Гримму, тот ответил тем же. Выпили. Запах алкоголя был не особенно хорош, но он явно был крепким. Кеттлу бы понравилось. Гримм осторожно глотнул.
Феликс мельком взглянул в глубь комнаты, затем отвел глаза.
— Как это произошло? — спросил Гримм.
— Моберли был на задании, выполняя контракт в одиночку, — сказал Феликс. — Против правил. Без партнера работать не разрешается. Но, ожидая ребенка, он хотел заработать побольше денег. Шелкопряды достали его.
— Прядильщики? Несколько?
Феликс прочистил горло.
— Детеныши. Матриарх, вроде той, в «Черной Лошади», откладывает до пятидесяти яиц в день. Один детеныш для Моберли не стал бы проблемой. С шестью или семью он с трудом, но справился бы. С несколькими сотнями…
Гримм содрогнулся.
— Нехороший конец. Вы уверены, что именно это убило его?
— Их пасти оставляют характерные отметины, сложно ошибиться. Не обязательно замерять и высчитывать.
— Значит ничего подозрительного? — уточнил Гримм.
Феликс дернул плечами.
— Все чисто.
— Что будете делать дальше?
— Прошерстим туннели, как только соберем парней. Займемся этими выродками до того, как они вырастут. Скоординируемся с гильдиями выше и ниже хаббла Лэндинг, убедимся, что не случилось заражения.