- Вот и прошу - помогите ей!.. - только что не плакал мужчина. - Куда же я без нее...
- А сама она что думает?
- Молчит, только слезы вытирает. Меня гонит прочь - дескать, уходи, устраивай свою жизнь, мне уже немного осталось... А я уходить не хочу, и потерять ее не могу!
- Руки ко мне протяните...
Хм, а ведь мужчина, и верно, влюблен не на шутку. Есть на свете однолюбы, и этот человек один из них. Надо же - вроде обычный мужчина, ничем непримечательный внешне, а какие у него в душе светлые и сильные чувства! Такой, без сомнений, мог верно и преданно ждать свою невесту долгие годы (и дело тут вовсе не в материальном интересе), а сейчас места себе не находит от тревоги за любимую. Это, и верно, любовь с большой буквы, о которой в глубине души мечтает каждая женщина. Если с его девушкой (не приведи того Боги!) случится что дурное, то этот мужчина так и останется одиноким до конца своих дней, будет жить лишь воспоминаниями об так рано ушедшей невесте.
Что же касается той, которую он любит... Там тоже нежность, тепло, чистые и высокие чувства, которые сейчас словно окутываются темной дымкой. А вот это плохо. Судя по всему, опасения мужчины за жизнь любимой небеспочвенны.
- Ваша невеста... Как ее звать?
- А я не сказал? Ее звать Росава.
- А вас как звать-величать?
- Годун.
- Мне кажется, вы рассказали мне не все, о чем-то умалчиваете. Верно?
- Вроде того... - неохотно произнес мужчина. - Не знаю даже, как и сказать. Болезнь у Росавы какая-то странная. Не хотелось бы понапрасну кого-то обвинять и брать грех на душу...
- Говорите, что думаете, с грехами потом разберемся.
- Боюсь, вы обвините меня в корысти, но чем больше я обо всем этом думаю, тем больше меня мучают подозрения... - вздохнул Годун. - Дело в том, что по завещанию мать Росавы оставила именно ей все свое имущество и деньги. Объяснила это так: мол, именно младшая дочь находилась со мной все эти годы, заботилась, была мне надеждой и опорой, а потому я хочу отблагодарить ее за любовь, доброту и внимание. Не сказать, что это Росаве досталось уж очень большое состояние, но и малым его тоже не назовешь.
- То есть ваша невеста теперь богатая наследница?
- Я бы так не сказал. Скорее, ей можно не беспокоиться о хлебе насущном.
- Вы подозреваете, что ее болезни, скажем так, кто-то поспособствовал?
- Я в этом почти уверен.
- Кого-то подозреваете?
- Да как сказать...
- Хорошо, спрошу про другое. Как к завещанию матери отнеслись сестры Росавы?
- По-разному... - отрезал мужчина. Кажется, ему был неприятен этот вопрос.
- И все же?
- Точно сказать не могу. Однако завещание матери не понравилось всем троим.
- Как именно они себя повели?
- Мне бы не хотелось говорить об этом.
- И все же?
- Был безобразный скандал - сестры обвиняли мою невесту в жадности и обмане, потребовали поделить наследство на равные части, а услышав отказ, только что не накинулись с кулаками на бедняжку. Сейчас с Росавой ни одна из сестриц не желает общаться - мол, условия, при котором мы помиримся, ты знаешь, и поторопись, а тот как бы хуже не было!.. Но то, что Росава так внезапно тяжело заболела... Я не верю, что это произошло просто так, без причины, и ни за что не поверю.
- Значит, кого-то подозреваете... - сделала я вывод. - Боитесь обвинить понапрасну какого-то человека? Ладно, с этим разберемся. Для начала мне надо посмотреть на вашу невесту.
- Она сама уже почти не ходит... - в голосе мужчины проскользнули нотки отчаяния. - Может, пойдете к ней, а? И побыстрей бы...
- Можно... - кивнула я головой.
- Идем прямо сейчас?
- Да... - в этот момент открылась дверь в комнатку тетушки Мей, и показался Вячко.
- Я с вами.
- Это мой жених... - пояснила я Годуну. - Никуда меня одну отпускать не хочет, куда я иду, туда и он направляется.
- Правильно делает... - чуть улыбнулся мужчина. Такое впечатление, что с того момента, как я согласилась пойти к его невесте, у Годуна на сердце стало полегче.
Спустя полчаса мы подошли к каменному дому в центре города. Стоило открыть ворота - и я увидела молодую женщину, которая, немного сгорбившись, сидела на скамейке неподалеку от входа. Пожалуй, ее можно было бы назвать привлекательной, если б не усталый взгляд и выражение обреченности на лице.
- Росава, ты зачем на двор вышла?.. - бросился к ней жених. - Зачем встала? И без того еле ходишь! Я же просил тебя не подниматься с постели, силы беречь!
- Надоело мне лежать, я лучше на солнышке посижу... - женщина посмотрела на нас. - Тут хорошо... А у нас, как я вижу, гости?