- Знаешь, мне жаль ее дочь. Похоже, мать уверила ее в исцелении, и теперь такое крушение надежд...
- Все понимаю, но... Такова жизнь.
- Интересно, что будет дальше с госпожой Велимирой?
- Даже не хочу думать о том клубке интриг, что сейчас начнет разворачиваться, ведь у Святой инквизиции наконец-то появилось то, чем можно хорошо прижать градоначальника - не может быть, чтоб на такой должности за ним не водились грешки. В одном я уверен полностью - церковники свое возьмут в любом случае.
- Ох... - подумалось мне. Побыстрей бы вернуться в Терниен, где все более или менее тихо и спокойно, и нет интриг на таком высоком уровне. Уж лучше лечить кроликов от падежа, чем оказаться причастной к интригам сильных мира сего.
На следующее утро я отпирала дверь своей лавки. В Терниен мы с Вячко вернулись затемно, так что выспаться я не успела, да к тому же сегодня пришлось заглянуть к отцу Петру, рассказать ему о результатах нашей поездки. Не знаю, что он думает по этому поводу, но мне святой отец ничего говорить не стал. Ну и хорошо, пусть разбираются промеж собой. Мне же хотелось только одного - пусть будет поменьше посетителей.
Однако не успела я присесть в лавке, как над дверями звякнул колокольчик - пришла женщина. Судя усталому выражению лица, ее проблемы не связаны с сердечными делами.
- Только на вас одна надежда... - вздохнула она. - Не знаю, что с сыном делать. У меня их трое - с двумя старшими я и бед не знала, а вот с младшим сладу нет - постоянно из дома сбегает. То к какому-нибудь обозу пристанет, в другой город уйдет, и там с нищими бродит, то по деревням ходит, по несколько дней дома не ночует, то пропадает невесть где. Мы уж его и ругали, и наказывали, и уговаривали - все без толку. Не сидится ему дома, все тянет куда-то. Как он в очередной раз сбежит, так я по ночам спать не могу - вдруг с ним что-то дурное случится!.. В эти дни мы все переживаем, от беспокойства места себе не находим! Его поведение можно было бы понять, если б мы его лупили, или он от наказаний убегал, так ведь у нас семье все в порядке. Я детей люблю, стараюсь им ни в чем не отказывать, да и муж у меня из тех, кто все для семьи делает. А сын в очередной раз вернется домой, грязный, оборванный, пообещает, что больше не будет убегать, какое-то время дома поживет - и снова его нет. Я, грешным делом, частенько свекра (царство ему небесное!) поминаю недобрым словом - он точно такой же был, ему лишь бы из дома уйти, приключения себе на шею искать. Сколько с ним свекровь слез пролила - и не описать, а сынок мой младший, как видно, в деда уродился, вот горе какое...
- Не расстраивайтесь, этой беде можно помочь... - успокоила я женщину. - Вы вот что сделайте: на убывающей луне надо взять старые ботинки сына, которые он уже не носит, насыпать в них морскую соль, и так ее заговорить... Вот вам бумага и карандаш, пишите.
- Да, сейчас... Говорите.
- "Топтун, беготун, отвяжись от сына моего (тут надо назвать имя ребенка), чтоб ему в чужие места не стремиться, от дома родного не отвалиться. Ему беспризорником не бродить, а под крышей родного дома жить. Соль у крыльца высыпается, мое желание сбывается. Как на соль заговорено, так и сбудется!".
- Записала... А что потом?
- Через три дня эту соль из ботинок у крыльца рассыпать. Вот и все.
- Так просто?
- Если сделаете все правильно, как я сказала, то сын больше убегать не будет.
- Ой, спасибо вам!
- И вашей семье спокойствия...
Не успела женщина уйти, как в дверях столкнулась с другой посетительницей. Эта была уже в возрасте, и выглядела уставшей. Похоже, и у нее в семье неприятности.
- Мне только и остается, что за голову хвататься... - устало произнесла она. - С дочкой не знаю, что и делать. Раньше у нас все хорошо было, да все пошло наперекосяк после того, как она вышла замуж без родительского благословения за какого-то прохвоста, да еще и иноземца. Тот ей только что горы золотые не обещал, ну, та уши-то и развесила, нас с отцом слушать не стала. Семейной жизни у них, считай, не было - приедет этот обормот раз в полгода на несколько дней, у них гулянка, дым коромыслом, вино рекой, а потом он снова уезжает на несколько месяцев, а то и дольше. Лет шесть у них это все тянулось, а потом зятек и приезжать перестал, куда пропал - этого никто не знает. Ну, пропал - и ладно, переживем, невелика потеря, так ведь дочка-то моя, стыдно сказать, теперь только что не в разгул пошла! Каждый день с разными кавалерами, где по ночам ходит - неизвестно, где какой праздник - там она и есть! А ведь у нее же трое маленьких детей, и всех она бросила на меня - мол, воспитывай!.. Стыдно сказать - моя дочь самая настоящая мать-кукушка. Я, конечно, от внуков не отказываюсь, люблю их, делаю для них все, что могу, только вот со здоровьем у меня в последнее время все хуже и хуже - то сердце прихватит, то голова закружится, а иногда ноги отказывают. Если со мной что худое случится, то о детишках кто позаботится? Вот и прошу - помогите, хоть немного дочку образумьте...