- Что-то случилось?
- Не знаю.
- Да, конечно, мы уже идем.
Интересно, для какой такой надобности мы понадобились отцу Петру? Впрочем, если бы было что-то срочное, нас бы еще днем к нему позвали. Скорей всего, инквизитор просто хочет что-то сообщить.
Я не ошиблась: как оказалось, отец Петр позвал нас, чтоб сообщить - пойман человек, который пытался меня убить. Конечно, примет для розыска нападавшего у стражников было немного, но, как оказалось, этого все же хватило. Насколько я поняла, подозреваемого задержали в Ронстоке, где он пытался залечить сломанную руку. Особых подробностей нам не сообщали, но отец Петр сказал, что при допросах (а допрашивать святые отцы умели) выяснилось, кто направил ко мне убийцу. Оказалось, что это (вернее, эта) госпожа Велимира, вдова полководца Лесового, та самая женщина, которая пыталась спасти свою дочь, сведя ее болезнь на красивое платье.
- Знаете, я почему-то не удивлен... - протянул Вячко. - Госпожа Велимира всегда славилась непростым характером, да и мстительность ей присуща. Так что если говорить совсем откровенно, то я в глубине души опасался чего-то подобного.
- А как сейчас чувствует себя ее дочь?.. - спросила я.
- Как мне сказали, ей стало значительно хуже... - чуть пожал плечами отец Петр. - Что неудивительно.
Тут он прав: после снятия порчи идет обратный удар, причем с удвоенной силой. Ну, что тут скажешь? Можно только руками развести.
- Насколько ей хуже?.. - продолжала допытываться я.
- Скорей всего, через пару-тройку седмиц, а может и раньше, к ней придется звать исповедника.
Ну, тут все ясно. Хотя я никогда не видела эту девушку, но все одно ее жалко... На душе неприятно: что ни говори, но если бы не я, то дочь героического полковника было бы жива, а с другой стороны, погибла бы другая девушка... Ох, госпожа Велимира, не стоило вам связываться с черной магией, ни к чему хорошему это не привело.
- А как она умудрилась его отыскать?.. - поинтересовалась я. - Я имею в виду этого самого убийцу.
- С ее деньгами и возможностями подобное не является чем-то сложным... - в голосе отца Петра проскользнула нотка раздражения. - К тому же она находится под домашним арестом, то есть руки у нее, по-сути, развязаны.
- Но та порча, вернее, болезнь, сведенная на красивое платье... К этому был привлечен сильный мастер - он даже умудрился как-то замаскировать ту самую порчу, я даже не сразу с ней разобралась. У меня создалось впечатление, что я имею дело с работой одного из учеников старой Ядвиги. Этого хм... кудесника нашли?
- Пока еще нет - госпожа Велимира отказывается говорить, а применять к ней гм... иные методы воздействия никто не решается - дело уж очень щекотливое. Тут на кону стоит и репутация ее героического мужа, и родственные связи самой госпожи Велимиры...
- А также то, что брат госпожи Велимиры, князь Годослав Гай-Окуневский, является градоправителем Ронстока... - добавил Вячко. - Хотя не думаю, что князю нравится подобная история - недоброжелателей у него хватает, и он это прекрасно понимает, а то, что сделала его сестра, может очень плохо сказаться не только на их семье, но и привести к неприятным разговорам при дворце Правителя. Всем известно, что слухи - это то, что погубило не одну карьеру. Так что, на мой взгляд, князь Годослав должен будет как-то воздействовать на сестру, настоять, чтоб та пошла навстречу интересам святой инквизиции. Ну, или хотя бы ответила на большую часть вопросов.
- Совершенно верно... - кивнул головой отец Петр. - Что ж, считаю наш разговор законченным, и вы можете быть свободны. Если станет известно что-то новое, то я вам об этом сообщу.
- Молитесь за меня... - привычно произнесла я.
Выйдя из здания Святой инквизиции, мы какое-то время молча шли по улице.
- Ну, что скажешь?.. - первой не выдержала я.
- Да что тут можно сказать?.. - произнес тот. - Сейчас князь Годослав находится в весьма неприятном положении из-за своей сестры, так что, надеюсь, он ее как-то утихомирит, или постарается достучаться до ее разума.
- Думаешь, она еще раз попытается ко мне кого-то подослать?
- Надеюсь, что нет, но на всякий случай, как говорят дети, следует держать ушки на макушке. А сейчас пошли в трактирчик, там сегодня обещали приготовить жареного палтуса. Как ты к этому отнесешься?
- Да как к этому можно относиться? Только идти побыстрее в тот трактирчик, а не то палтуса съедят без нас, причем подчистую!
Утром, подходя к лавке, я увидела, что подле нее стоит мужчина, опираясь на костыль. На вид ему лет тридцать пять-сорок, но то, что он психологически находится далеко не в самом лучшем настроении - это понятно даже на расстоянии.