- Для них это будет лучшим выходом из создавшегося положения, а дальше... Дальше будет видно.
Уже к вечеру мы находились в здании святой инквизиции, вернее, у отца Петра, которому я поведала историю с адописными иконами. Правда, мне поневоле пришлось придерживаться версии, что мать Стояна приобрела у проезжих богомазов икону, не зная, что она в действительности представляет собой. Почему решила скрыть истину от святош? Потому что знала: скажи я правду - завтра же в Нагорье нагрянут инквизиторы, а они, как правило, в таких случаях не особо разбираются в том, кто прав, кто виноват - арестовывают всех, потому как они действуют по правилу: важно не упустить никого, и потому берем всех, а в их виновности разберемся потом... Частенько под этот жернов попадают и невиновные, так что не стоит из-за одной дуры-бабы портить жизнь многим людям.
- Значит, эти богомерзкие творения появились в наших местах... - чуть нахмурился инквизитор. - Щупальца нечестивого тянутся повсюду. Госпожа Изок, вы точно описали мне приметы тех двоих грешников?
- Все, что запомнила та женщина о внешности тех двоих, я записала... - мне только и оставалось, что кивнуть на лист бумаги, лежащий перед инквизитором. - Не думаю, что она решила хоть что-то скрыть, потому как это самая обычная деревенская женщина, да еще и всерьез перепуганная всем произошедшим.
- Я вас понял... - отец Петр потер пальцами виски. - Завтра же я отправлю письма в Ронсток, и в Священную Верховную канцелярию - надо искать этих безбожников. Вы же можете идти.
- Молитесь за меня...
Когда мы пришли в нашу лавку, то она оказалась еще не закрыта, и Мей, стоящая за прилавком, увидев нас, просто просияла.
- Приехали! Как я рада!
- Много посетителей было?
- Хватало, некоторые намеревались еще заглянуть.
- Понятно.
- Мира, тут такое дело... вздохнула Мей. - Даже не знаю, как тебе об этом сказать...
- Что, кто-то из твоих родственников и знакомых просит помощи?
- Вроде того. Речь идет о племяннице двоюродного брата моей бабушки...
- Мей, я уже давно запуталась в твоих родственниках и знакомых! Лучше скажи, то стряслось у этой племянницы двоюродного брата бабушки или как там правильно сказать...
- У нее с мужем проблемы. Она ко мне вчера заглядывала, тебя спрашивала, и сегодня обещала подойти...
Ясно. Как бы мне не хотелось отправиться на ужин в трактирчик, а потом передохнуть с дороги, все же придется подождать родственницу Мей. Что-то мне подсказывает, что там нет ничего сложного, и можно было бы сказать, чтоб посетительница заглянула сюда завтра, но не хочется обижать Мей. Ладно, подождем гостью, и будем надеяться, что она не задержится.
Повезло: не прошло и десяти минут, как в лавку вошла молодая женщина лет двадцати пяти-двадцати восьми, довольно симпатичная, хотя и прикрывающая половину лица платком. Причина такой стеснительности стала понятна, когда женщина сняла платок - под глазом у нее был огромный синяк. Что-то я сомневаюсь, что такой огромный хм... фонарь можно получить, случайно ударившись об косяк. Кстати, глаза у нашей гостьи очень красивые, удивительного фиалкового цвета, и они невольно привлекают к себе внимание. Глядя на синяк, занимающий едва ли не половину лица этой миловидной женщины, я, пожалуй, могу понять, за какой такой надобностью она решила обратиться ко мне.
- А вот и Горица... - повернулась к нам Мей. - Прошу любить и жаловать.
- Очень приятно... - галантно произнес Вячко.
- Да уж кому приятно на такое смотреть... - Горица чуть тронула пальцем огромный синяк. - На глаза людям стыдно показываться.
- Лучше расскажи, что у тебя за беда такая... - сказала я.
- Да мою беду и так видно, без долгих пояснений.
По словам Горицы, замуж она вышла пять лет назад, и муж был более чем вдвое старше ее. Говоря откровенно, замуж за этого человека ей идти совсем не хотелось, но он был довольно богат, так что родители девушки вовсю втолковывали неразумной дочери - нечего кривится, тем более что твоим приданым мы похвастаться не можем, а у жениха денег хватает, и ты в довольстве жить будешь! Какого рожна тебе еще надо, а?! И нечего фыркать, тут радоваться надо, поняла? Так что иди замуж, такова наша родительская воля!
Сыграли веселую свадьбу, и вначале все было хорошо: свежеиспеченный муж на молодую жену денег не жалел, часто баловал подарками, уделял внимание, так что постепенно Горица стала думать, что родители были правы и ей, похоже, с мужем, и верно, повезло. В то же самое время муженек частенько становился груб с ней, а потом и вовсе стал считать, что жена должна ему полностью подчиняться, супротив не говорить ни слова, ведь он супруг и господин, так что ее мнение по тому или иному вопросу его совсем не интересовало.