- Тем не менее, мне кажется, что Правитель не отправил бы ее на казнь, да и в тюрьму бы не посадил. На мой взгляд, госпоже Велимире грозил монастырь с жестким уставом до конца ее дней. А что, далеко не самый плохой выход на основе предъявленных ей обвинений.
- Возможно... - согласился господин Опока. - Но нужно знать госпожу Велимиру: для нее унижение - хуже смерти, а уж оказаться в заточении - это вообще за гранью. Она поняла, что проиграла, но предпочла уйти сама.
- Правитель об этом уже знает?
- Да, ему доложили.
- А князь Годослав Гай-Окуневский, брат госпожи Велимиры... Он замешан в заговоре?
- Скорей всего нет, во всяком случае, никаких доказательств его связей с заговорщиками у нас нет. Лично я считаю, что князюшка не имеет никакого отношения к делам своей сестры. Почему? Как раз тут все просто: для нашего господина градоправителя главное - карманы себе набить, причем потуже, и потому в те дела, которые могут лишить его заработанных денег, он никогда не полезет - очень осторожен, и больше всего опасается потерять свои сундуки с деньгами. Думаю, о замыслах сестры ему было ничего неизвестно, да и она вряд ли хотела посвящать брата в свои дела - ненадежен. Кроме того (чего уж там скрывать!) князь Годослав трусоват, без достаточных на то оснований рисковать не станет и в заговор против власти не полезет.
- А тот корабль, "Норно"...
- Еще ночью отошел от причала. Увы, обыскать его не получилось, хотя, думаю, если бы мы даже обыскали это судно, то почти наверняка на его борту не было никого из тех, кто нас интересует. Капитану корабля нет смысла идти на ненужный риск и испытывать судьбу, тем более что у него, на крайний случай, наверняка заранее был продуман запасной вариант. Например, в случае опасности или непредвиденной ситуации, после выхода судна из гавани можно остановить "Норно" в заранее условленном месте, и взять на борт людей с лодки - наверняка кому-то из заговорщиков надо срочно уносить ноги из нашей страны.
- А Ядвига...
- Ищем, но... Боюсь, она уже далеко.
- Могла уйти на "Норно"?
- Не исключаю, но... Сомневаюсь, что она на такое пойдет.
- Если не секрет, то где вы собираетесь ее искать?
- Да какой там секрет... - чуть поморщился господин Опока. - Ищем, опрашиваем... Извините, госпожа Изок, но я без того задержался с вами куда дольше, чем позволительно в данный момент, и мне нужно идти. Сами понимаете - дела. Вас же просили немного подождать здесь, так что никуда не уходите.
- Кто просил подождать?
- Увидите.
Градислав Опока ушел, а я сидела и прислушивалась к звукам, доносящимся из-за стен. Мне известно, что Правитель с семьей и придворными покидает Ронсток, направляется в свои любимые охотничьи угодья, туда, где он старается хотя бы раз в год провести время в тишине и покое. Правда, ранее Правитель намеревался провести в Ронстоке несколько дней, но из-за случившегося решил ускорить свой отъезд. Что ж, его можно понять.
Ждать пришлось недолго. Уже через несколько минут после того, как ушел господин Опока, открылась дверь, и в комнату вошел высокий мужчина. Немолод, в волосах хватает седины, хорошо одет, довольно привлекательный внешне, а еще чувствуется, что он привык ощущать себя хозяином положения. На пальцах несколько дорогих перстей, но мое внимание привлек один из них - такие печатки с изображенной на ней небольшой золотой короной носят лишь обладатели княжеского титула. Тут и гадать нечего: судя по всему, я вижу перед собой своего брата Богомила. Надо же, наконец-то сподобился на встречу!
- Здравствуй, Мирослава... - произнес он.
- А я думала, что Ваше Сиятельство уже готовится к отъезду... - я постаралась, чтоб в моем голосе не было слышно язвительности. - Просто удивительно, что вы решили уделить время для разговора со мной. Такой недостойной, как я, как видно, счастье великое привалило, не иначе.
- Понимаю, что было крайне невежливо с моей стороны ранее не уделить тебе время для нашей встречи, и ты имеешь все основания обижаться, но я действительно был занят... - Богомил сел в кресло, стоящее напротив меня. - Я хотел поговорить с тобой в тот же день, когда мы прибыли в Ронсток, но сразу же по приезду мне доложили, что есть подозрение в том, что готовится покушение на Правителя, так что я не счел возможным покинуть его. Ну, а потом все так закрутилось... Впрочем, о случившемся тебе известно не меньше меня.