Откинув крышку сундука, стала вытаскивать лежащую там одежду и подносить к свече. С этим все в порядке, и с этим тоже, и с тем... Свеча затрещала в тот момент, когда в моих руках оказалось зеленое платье из роскошного кхитайского шелка, отделанное золотой вышивкой и золотистыми кружевами. Красивое, и наверняка цены немалой... Проверила остальную одежду, и с ней все было в порядке.
- Это чье платье?.. - повернулась я к Озаре и ее матери.
- Мое... - ответила девушка. - Оно свадебное, я в нем замуж и выходила.
- Где вы его взяли? Вам кто-то его принес?
- Мы его на рынке купили.
- У кого?
- Женщина какая-то, мы ее не знаем...
По словам Озары, они с матерью уже купили платье на свадьбу, но девушке в глубине души все же хотелось чего-то более красивого. Ее можно понять: каждой хочется на своей свадьбе быть в самом лучшем платье, да и кто из нас не прочь обзавестись новой одеждой?! Недаром есть такая поговорка: курочку не накормить, девушку не нарядить.
За несколько дней до свадьбы, Озара с матерью отправились на воскресную ярмарку (надо было кое-что прикупить для праздника), и вот там-то девушка увидела небогато одетую женщину средних лет, которая стояла чуть в стороне от остальных торговцев и держала в руках это самое платье. Очевидно, женщина пришла сюда недавно, потому что это невероятно красивое платье еще никто не купил, а может, покупатели не подходили по той простой причине, что понимали - приобрести такое платье может позволить себе только богатый человек.
Озара, увидев платье, просто-таки подлетела к нему - какой шелк, какая вышивка, а уж про золотое кружево можно и не говорить! Да от всего этого глаз не оторвать! Мягкая ткань так и ласкалась к коже... Удивительно, но платье подходило девушке и по росту, и по размеру, так что Озара умоляюще смотрела на мать, не желая выпускать из рук настолько понравившуюся ей вещь. Как это ни странно, но продавец назначила за платье совсем небольшую цену - мол, срочно нужны деньги! Еще добавила, что платье сшито совсем недавно, его ни разу не надевали, а продаю, дескать, потому, что так сложились обстоятельства... Однако мать девушки смущала слишком низкая цена, но отказывать дочери в покупке она не стала... Вот и все.
- Ты это платье когда надевала?
- Как с рынка принесли - сразу померила, и оказалось, что оно как по мне сшито! Постояла в нем перед зеркалом, а потом его сразу же сняла и убрала - не хотелось, чтоб меня в этом платье раньше увидели. А на свадьбе все женщины только на него и смотрели, а сколько восторгов было! И зависти тоже.
- Ясно... - вздохнула я. - Так вот, дорогие мои, причиной того, что сейчас с вами происходит, является это самое платье.
- Как?!
- А вот так. У кого-то (скорей всего у той женщины, которая продавала платье), заболел кто-то из родственников (думаю, дочь), и прогнозы, очевидно, были совсем неутешительные. Могу предположить, что срок жизни у того больного подходил к краю, жить ей (или ему) оставалось всего несколько месяцев, а то седмиц. Если называть вещи своими именами - человек умирал. Вот женщина от отчаяния и решилась на крайние меры - нашла мастера, который, скажем так, свел болезнь на это платье, после чего его, это самое платье нужно было продать другой девушке. Все получилось, как задумано, так что Озара купила себе платье, а вместе с ним и чужую болезнь.
- А с ней и смерть... - горько улыбнулась девушка.
- Так и есть, не вижу смысла отрицать очевидное. То, что сделала мастер (а она, судя по всему, большой искусник в своем деле) - это черная магия, не приведи Бог кому-то столкнуться с чем-то подобным. Тут заложена такая сила, что становится страшно, недаром этот обряд задел не только Озару, но стал действовать и на окружающих. Потому-то у вас еще на свадьбе все пошло наперекосяк, а затем стали рушиться семья, отношения, здоровье и все остальное.
- Что же делать?.. - схватилась за голову мать девушки.
- Порчу будем возвращать назад, во всяком случае, предприму для этого все возможное. А вы точно никогда не видели ту женщину, которая продала вам это платье?
- Никогда... - твердо ответила женщина. - Мне вообще показалось, что она приезжая. Почему? Не знаю, вернее, не могу сказать, отчего так думаю. А еще в ней было что-то такое, будто она чужая среди нашего рынка, да и говорила с нами, словно через силу...