Я была настолько зла, что не обращала внимания на парня, который шел рядом со мной. Мало мне неприятностей, так еще и охранника навязали на мою голову! Оставалось лишь надеяться, что это ненадолго. Кстати, магии он лишен начисто, так что в случае опасности еще неизвестно, кто кого должен защищать. Тоже мне, телохранитель... Покосилась на парня, и только сейчас обратила внимание на то, что за его плечами находится большой дорожный мешок.
- Что ты набил в свой мешок, если расстаться с ним не можешь?.. - я постаралась, чтоб мой вопрос не прозвучал очень грубо.
- Там все мои вещи... - охотно отозвался парень. - Я ж у тебя теперь жить буду, так все добро с собой и взял.
От такого заявления я чуть не споткнулась. Похоже, все было решено заранее, так что все мои возражения отцу Петру были бесполезны. Чтоб ты провалился куда подальше, Вячко! Хотя тут я, пожалуй, неправа - он тоже человек подневольный, только этот факт симпатий к молодому человеку все одно не прибавил.
На следующий день, с утра, мы уже ехали в потрепанной карете - да, такая явно не привлечет к себе много внимания. В карете нас было трое - я, Вячко, и тот мужчина, житель Верхнего, который поведал мне о шишиге. Сейчас мужчина был очень доволен тем, что быстро вернется домой, да его еще и подвезут с комфортом. К тому же он успел кое-что приобрести по хозяйству, так что в карете лежали еще и два туго набитых мешка. Что касается Вячко, то он был явно не прочь поговорить с тем мужчиной, но я в их разговор не вмешивалась - пусть общаются меж собой, лишь бы не мешали. Однако через какое-то время Вячко обратился ко мне:
- Слышь, Мира, а кто такая шишига?
Вообще-то парня надо бы поставить на место, объяснить, что он охранник, а не мой закадычный дружок-приятель, и ему следует соблюдать дистанцию между нами, но дорога впереди еще долгая, ссориться не хотелось, да к тому же у парня были такие наивные и бесхитростные глаза, что грубить ему не хотелось. К тому же парень простой, умного из себя не строит и лишними сложностями свою голову не забивает. Ладно, пока обострять не буду.
- Ну, если коротко... Шишига - это маленькое существо женского пола, но, скажем так, без определенной внешности.
- Как так?
- Тут все непросто. Вообще-то она выглядит как тощая маленькая старушонка с сучковатыми руками и ногами, но может менять свою внешность, пугая человека до смерти. Еще она приносит людям вред и портит им жизнь. Характер у шишиги злой, живет она в лесах, болотах и топких местах. Любит заманивать в лес или на болото людей, топит этих несчастных, чтоб потом развлекаться с ними в глубине. Может целыми днями водить по лесу заблудившихся людей, пугая их, пока те не умрут от страха или голода. В общем, про шишигу можно рассказывать долго, но лучше с ней никогда не встречаться.
- Вот-вот... - вмешался в наш разговор житель Верхнего. - Все так и есть. Задурит кому-то голову, в лес уведет, и сгинет тот бедолага без следа. Проказничает она так. Ох, беда бедная...
В Верхнее мы приехали вечером. Последние пару часов ехать пришлось по столь тряской дороге, что даже выйдя из кареты, я еще какое-то время приходила в себя. Весть о нашем появлении мгновенно разнеслась по деревне, и вокруг кареты собрались, пожалуй, все обитатели Верхнего. Поселок оказался не очень большим - десятка три домов, не больше. Вокруг поля, за ними стеной стоит лес... Привычная картина.
Когда суматоха, вызванная нашим появлением, немного стихла и нас отвели в небольшой дом, где жила одинокая старушка - только тогда мне удалось поговорить с жителями деревни, хотя ничего нового я не узнала. Лет двадцать назад в здешних лесах, и верно, обитала шишига, но ведунья ее прогнала. Сейчас эта нежить вернулась, люди пропадают, только вот ведунья умирает, и помочь ничем не может. Пропало пять человек, и если шишигу не прогнать, то дальше будет еще хуже.
Как нам сказали, первой пропала маленькая девочка, отец пошел искать ее, и не вернулся. Затем, с разницей в несколько дней, исчезли еще трое. А вчера пропал еще один парнишка четырнадцати лет. Его мать плакала и чуть ли не на коленях просила нас отыскать сына - она вдова, муж давно умер, и если сейчас пропадет ее ребенок, то ей больше жить незачем...
Когда же обитатели деревни разошлись по домам, то за окном было уже совсем темно. Я вышла на улицу, присела на старенькую лавочку под окнами. Теплая летняя ночь, тишина, покой, лишь иногда слышен треск кузнечиков... Как же здесь хорошо, спокойно, не хочется думать ни о чем плохом...