- Верно... - кивнула я. - Дело в том, что циркачи и актеры - эти люди по своей непростой профессии связаны с влиянием на человеческое сознание, ведь на свои выступления им нужно привлекать людей и заставлять их раскошелиться. У этих э-э... творческих людей своя магия, пусть даже о ней знают немногие, но, тем не менее, она существует. Их подходы и методы иногда заставляют людей плясать, вопреки их желанию, крутится по указке, делать что-либо помимо своей воли. Пусть их магия и не сильна, однако...
- Это мне хорошо известно, а потому не стоит напоминать прописные истины... - оборвал меня отец Петр. - Не зря Святая инквизиция одно время преследовала таких вот скоморохов всех мастей, и пойманным с поличным грешникам выдирали ноздри, после чего их ссылали куда подальше. Колдовства опасалась Святая инквизиция, и не без оснований... Однако это дела прошлых лет, а проблем хватает и сегодня. В общем, поступим так: вы идете к себе в лавку, и не вздумайте из нее выходить, а когда мы задержим всех циркачей, и я их допрошу, то пошлю за вами. И это не обсуждается. Вы меня поняли?
- Да.
- Вот и прекрасно. Вячко... - обратился церковник к моему спутнику, который все это время сидел молча. - Вячко, приглядывай за госпожой Изок во все глаза, и если что... Сам знаешь: в случае чего шкуру с тебя есть кому снять.
- Знаю... - буркнул тот, вставая.
- Тогда можете идти.
- Молитесь за меня... - привычно сказала я, вставая, и в ответ отец Петр осенил меня крестным знамением, причем сделал это так, будто отмахивался от нас с Вячко. Мне же остается лишь надеяться, что того акробата (или кто он там в действительности) церковники сумеют задержать.
- Что делать будем?.. - поинтересовался Вячко, когда мы оказались на улице.
- Как и было велено - пойдем в лавку... - вздохнула я. - С инквизицией лучше не спорить, это я уже усвоила.
- Не ты одна... - буркнул молодой человек, но более ничего не сказал. Мы молча дошли до лавки, где, как оказалось, нас уже ожидали посетители, причем многие из них были очень недовольны моим отсутствием на рабочем месте. Говоря откровенно, сейчас решать жизненные и семейные проблемы горожан мне совсем не хотелось, только вот людям до моего настроения не было никакого дела, так что, вздохнув, я встала за прилавок.
У меня ушло немало времени на то, чтоб обслужить сегодняшних посетителей, и когда они, наконец-то, разошлись, то в лавке осталась молодая женщина. Я уже давно обратила на нее внимание - очень красивая, одета хорошо, и держалась чуть в отдалении от прочих, не лезла вперед и не требовала к себе особого внимания. Наверняка пришла сюда из-за разбитого сердца, не иначе, вот и не желает, чтоб посторонние об этом слышали.
- Слушаю вас... - сказала я, обращаясь к женщине.
-То, о чем я вас хочу попросить... Знаете, мне так стыдно, и меня, наверное, надо презирать за неуважение к родне, но у меня просто уже нет никаких сил терпеть все это дальше, и скоро мужу я в глаза смотреть не смогу!..
Как оказалось, я ошиблась в своих предположениях, и эта женщина пришла сюда вовсе не из-за разбитого сердца - с этим у нее как раз все было в порядке, брак был заключен по взаимной симпатии. Проблема у женщины была с излишне навязчивой родней, которую нет никакой возможности утихомирить.
Дело в том, что в юную красавицу из небогатой многодетной семьи влюбился весьма состоятельный мужчина средних лет, и, недолго раздумывая, женился на этой очаровательной девушке. Оказалось, что вопреки расхожему представлению о том, что подобные союзы обречены на провал, этот брак оказался удачным: мужчина очень любил свою молодую жену, а юная супруга искренне привязалась к мужу. Казалось бы, можно жить и радоваться, но не тут-то было! Еще перед свадьбой мужчина просто-таки осыпал семейство своей невесты дорогими подарками и, помимо всего прочего, сказал, что когда те окажутся в Терниене по каким-то своим делам, то всегда могут остановиться в его доме - мол, родственникам жены я всегда рад! Родня, до того времени не избалованная вниманием и заботой, недолго думая, решила, что это руководство к действию и надо воспользоваться ситуацией полной мерой. Как именно? Да проще некуда - родня молодой жены едва ли не сразу же после свадьбы зачастила в гости к новоявленному родственнику, где их встречали хлебосольно и с радушием, делали все для того, чтоб они не могли пожаловаться на прием и уважение со стороны хозяев. Как правило, гости задерживались надолго, старались не отказать себе ни в чем, а когда покидали тот гостеприимный дом, то уезжали с подарками, причем не с дешевыми.
Если приезд родителей, дедушек, бабушек, а также многочисленных братьев и сестер молодой женщины (причем вместе с их семьями) был вполне обоснован, то за ним последовали визиты тетушек, дядюшек, их племянников и прочей родни (часто дальней), причем некоторые вновь повторяли свой визит в радушный дом через недолгое время. Дошло до того, что очередные гости, приехав, дожидались на дворе, когда комнаты освободят предыдущие постояльцы, и дело доходило до ссор между приехавшими. Не дом, а настоящий постоялый двор!