- Скажу так: пока что людей успокаивает хотя бы то, что днем он не приходит. Но это сейчас, и никто знает, что будет дальше. Пока что люди на полях работают, и на покос отправляются, но уже с оглядкой, а поодиночке за деревней стараются не ходить.
- Знаете, мне вас трудно понять ... - помолчав, сказала я. - Если бы все это узнали в Святой инквизиции, то они бы к вам послали не меня, а, возможно, нескольких человек, умеющих сражаться с нечистью. Наверняка тот человек, которого вы отправили в инквизицию за помощью, поведал там далеко не все из того, что у вас происходит.
- Не буду скрывать - решили рассказали инквизитору не все, потому как имели кое-какую опаску... - с досадой произнес староста. - Что ни говори, но мы убили Хотена, а это дело такое, что если б стало известно о смертоубийстве в деревне, то еще неизвестно, чем бы все обернулось. Может, нас бы и слушать не стали, да еще и обвинили бы в том, что, дескать, сами во всем виноваты, вот вас Небеса и наказывают. Я в своей жизни уже на всякое насмотрелся - иногда дело вывернут так, что невиновный становится виновным. Да я бы и сейчас поостерегся связываться с инквизицией, если б не наша ведунья.
- У вас в деревне и ведунья есть?
- Была... - махнул рукой староста. - Когда дети стали исчезать, она отправилась к колодцу - мол, попытаюсь что-то сделать, только ее потом мертвой нашли возле этого самого колодца.
- Она говорила вам, что думает обо всем происходящем?
- Сказала только, что дело неладно. Ясно, что она имела в виду Хотена. Ведунья его и при жизни почему-то терпеть не могла, да и его родителей не любила. Впрочем, к Хотену все относились с неприязнью.
- Это я могу понять.
- И вот что еще хочу сказать... - продолжал староста. - О том, что у нас творится, стало известно и в соседних селениях. Может, прямо об этом не говорят, но шепчутся. Сейчас к нам никто не ногой, да и нас у себя видеть не желают. Боятся, как бы этот призрак (или кто он там) и у них не объявился. Мол, притащится еще за вами.
- Почему у вас в деревне нет придорожной часовенки или хотя бы креста у дороги?
- Да мы как-то об этом не думали. И потом, церковь имеется в соседней деревне, раньше мы туда всегда ходили на праздники и выходные.
- Советую поставить крест.
- Я уж и сам об этом стал подумывать.
- Мне надо посмотреть на тот самый колодец.
- Конечно... - староста поднялся с места. - Пойдемте, отведу. Сейчас в ту сторону из наших деревенских уже почти никто не ходит. Боятся.
Когда мы вышли из дома (Вячко, естественно, не отходил от меня ни на шаг), то было понятно, что скоро на землю упадут первые летние сумерки. Удивительно, но сейчас в воздухе словно ощущается оттенок тревоги, да и на душе неспокойно. Солнце заходит, и улица была пуста, хотя в это время обычно деревенские жители собираются вместе, гуляют, ходят друг к другу в гости. Впрочем, здешним обитателям сейчас совсем не до гостей - живыми бы остаться. Правда, в воротах кое-где стояли люди, и с немалым любопытством смотрели на нас, но никто из них даже не подумал к нам подойти - да, жители этой деревни, и верно, уже всерьез напуганы.
Сразу же за околицей находилось небольшое поле, на краю которого стоял полуразрушенный колодец, вернее, колодцем его можно было назвать весьма условно - от него мало что осталось.
- Давно он заброшен?.. - спросила я.
- Я еще мальчишкой был, когда из него воду уже не брали, в том числе и потому, что ее там стало совсем мало - оттого колодец и забросили. Да и слишком старый этот колодец, невесть когда был выкопан, все бревна давно прогнили, к нему лучше лишний раз близко не подходить.
- Колодец глубокий?
- Когда-то был глубоким, а сейчас все внутри осыпается, и рушится. Наверное, за все эти годы на дно чего только не нападало.
Я подошла к колодцу, заглянула в шахту... Ох, что-то мне совсем не хочется здесь находиться. Протянула руки над колодцем, пытаясь понять, что же находится там, внизу, на дне. Ощущения, надо сказать, весьма неприятные, и что-то все это мне совсем не нравится. Так, так, так...
- Тут что-то холодом до костей пробирает... - оглянулся по сторонам Вячко. - Неприятное место.
- Уходим... - повернулась я к старосте, который просто не мог дождаться, когда я пойду отсюда. Понимаю его: здесь каждому человеку не по себе, словно кто-то стоит над душой, давит и не дает дышать.
- Ну, что скажете?.. - спросил староста, когда мы с ним вернулись в деревню.
- Мне бы на этого вашего призрака воочию посмотреть.
- Да лучше его вообще не видеть!
- С этим не поспоришь... - согласилась я. - Но иначе никак.
- Так это же опасно!
- Знаю.