Последние события должны были вызвать реакцию у парня, но он настолько был поглощен своей болезнью, что его мозг просто отказывался воспринимать любую другую информацию, которая не относится к лечению. Все происходящее казалось либо сном, либо событиями какого-то захватывающего драматического фильма. Август помнил, как Чернигов напал на Мидлстоун. Помнил, как Сирена своим мужественным самопожертвованием добилась смерти Димитара.
Когда Чернигов умер, Августа переполняли противоречивые чувства. С одной стороны Димитар обещал вылечить Августина, с другой стороны болгарин был чудовищем, тираном и педофилом. Вряд ли словам Чернигова можно было верить, наверняка он все врал. Но правда, когда Августину объявили, что его прощают и даже помогут вылечиться, в душе парня мелькнула надежда на жизнь. Надежда что он еще сможет увидеть своих детей и жениться на Амелии. После смерти Чернигова эти крошечные намеки на надежду исчезли, и Август ощутил полную безысходность и беспомощность. Именно в этот момент Август понял, что обречен умереть. Поэтому несмотря не на что, Август не знал, радоваться ему гибели Димитара или сожалеть. Глупо, в любом случае, это уже обсуждать. Что сделано, то сделано и уже ничего не изменишь.
- Ты была вчера у Сирены? – Августин крепче сжал руку Ами, и посмотрел ей в глаза, пытаясь вложить в свой взгляд и свое прикосновение максимальное количество любви, тепла и добра.
- Да, – тишина кабинета действовала на голос Амелии и заставляла говорить почти шепотом.
- Как она?
- Ой, Август. Лучше не спрашивай, – физиономия Амелии приобрела недовольный вид.
- Она разбита? Лежит и плачет весь день?
- Лучше бы она плакала. Она постоянно что-то пишет и о чем-то думает. Ее мысли где-то далеко, она поглощена своими размышлениями и планированием.
- Что она планирует? – Спинка стула давила в самые кости. Август попытался оторвать спину от стула, но ощутил сильную колющую боль в позвоночнике и вернул туловище в прежнее положение.
- Она хочет отомстить. Хочет наказать всех, кто виноват в смерти… то есть проигрыше Аарона, а именно семью Каллатеров. Я боюсь за нее, Август, очень боюсь. Она наломает дров. Я думаю, она ничего не добьется, но в попытках совершить свою месть, погибнет.
- Отговаривать ты ее не пыталась?
- Это бесполезно. И честно говоря, не думаю, что отговаривать ее правильное решение. В какой-то мере я с ней согласна, просто я очень боюсь, но Сира ничего теперь не боится. Она пойдет на все, чтобы уничтожить Джона Каллатера. Завтра она отправится домой на каникулы. Не хочу я эти каникулы и это лето. Оно будет очень долгим и мучительным. Однако осень, возможно, станет еще ужаснее, если за лето Сира не откажется от своих планов.
- Тебе стоит быть с ней. Тебе стоит поддерживать ее, а не меня.
- Перестань. Вы мне оба дороги. И моей поддержки хватит на вас двоих.
- Ты уверена, что лето я могу провести у тебя в доме?
- Да. Даже не думай ехать в Прагу к родителям. Хоть Петр вроде как немного исправился, но все равно я не хочу, чтобы ты находился с ним в одном доме. Ты будешь все лето со мной. И это не обсуждается. К тому же… - Ами во время замолчала, не дав словам сорваться с ее губ. Август понимал, что она хотела сказать, что, возможно, это лето может оказаться последними днями жизни Августина.
- Хорошо. Я весь твой и не оставлю тебя ни на секунду.
Дверь заскрипела. Парень и девушка обратили внимание на вампира, который вошел в кабинет. Это был врач, которого они так долго ждали. Мужчина находился уже в возрасте. На взгляд ему было около пятидесяти лет. Рост высокий, но не гигантский. На лице бросалась в глаза аккуратно постриженная бородка. Усы тоже имелись, но в отличие от ухоженной бороды, они были в растрепанном состоянии. Черные волосы были вымыты и хорошо уложены. Мужчина следил за собой, но без фанатизма. Доктор был уверенным и организованным вампиром. Он говорил четко, не тратя время на бессмысленные фразы. Но при этом в его глазах можно было заметить доброту и душевность. Голос был мягким и тактичным.
Доктор зашел в кабинет, разговаривая с кем-то по телефону. На другом проводе, вероятно, был какой-то другой врач или профессор, потому что беседу, которую они вели, заключала в себе массу медицинских терминов и рассуждений по поводу проведения различных медицинских процедур. Жестом врач изобразил приветствием своим пациентам, не отрывая телефон от уха. Присев на стул, доктор вежливо попросил своего собеседника подождать минуточку, пока он снимет перчатки. Положив трубку на специальную подставку на столе, мужчина принялся снимать свою униформу: медицинский зеленый халат, синие перчатки и белую шапочку. После этого доктор довел свой разговор до логического завершения, и повесив трубку, обратил внимание на Амелию и Августина.