Где-то в восемь часов вечера гости прибыли в гигантском количестве. Хорошо, что у них большой дом из трех этажей. Он всех сможет вместить. Первых гостей Табита встречала сама, а затем поручила это занятие служанке. Таби отправилась в детскую комнату к сыну. Трэвис так мило дремал в колыбельке, что его не хотелось тревожить. Но народ потребует увидеть младенца. Куда деваться. Придется разбудить его и удовлетворить желания общественности. Табита поцеловала малютку в лобик, а затем в щечки и носик. Какой же он маленький. Настоящий ангелок. Малыш проснулся. Но не заплакал, вместо этого он протянул миниатюрные ручки к маме, желая дотронуться до нее. Табита лицом коснулась его пальчиков и затем дунула в животик. Малыш засмеялся. Таби улыбнулась.
- Прости, мое сокровище, но придется отдать тебя на растерзание волков, иначе они съедят меня. Ты же спасешь маму от волков? – Табита снова аккуратно и нежно поцеловала сына. – Знаю, тяжело выдержать их ласки и улюлюканья, ну ты уж постарайся ради мамы. Хорошо, дорогой, постараешься? – Мысленно Табита сама ответила за сына и взяла его на руки.
Женщина вытащила младенца из колыбели и понесла показывать гостям. Все присутствующие особи женского пола встретили ее с вздохами изумления и принялись нахваливать чудесного малыша. Табита гордо шагала среди их и позволяла всем трогать сына. Кому-то давала поддержать на руках. Все мужчины и женщины желали здоровья и счастья ей и ее малышу. Через минуту она отнесла Трэвиса обратно в кроватку. Комната, в которой он лежал, была установлена система звукоизоляции. Так что Табита и ее гости могли шуметь и гулять всю ночь, не рискуя потревожить покой любимого сыночка.
Зазвонил телефон. Звонить ей в это время дня мог только Уильям.
- Привет, дорогой, когда ты придешь? Мы все ждем тебя. - По неизвестной причине Уильям задерживался на работе. И нашел же он время работать в такой важный праздник.
- Прости, любимая, не могу выбраться. Постараюсь успеть, когда куранты пробьют полночь.
- Я-то ничего не говорю, а вот Трэвис, – Табита решила все салить на сына. Наверно, она слишком часто использует сына, чтобы решать свои личные проблемы. - Он папу просит. Не хочет праздновать новый год, пока папа не явится на праздник. Я ему пыталась объяснить, что ты занят. Так он же не слушает. Только папу ему подавай и все. Его не интересует, что папа может быть занят. Он говорит, что ради его, папа должен освободиться пораньше. Он хочет встретить свой первый новый год в кругу родителей. Я ему трубку дам. Если хочешь, разбирайся с ним сам, – Таби слышала, как муж смеется на другом конце провода.
- Ой, как нехорошо, милая, манипулировать мной с помощью ребенка, - Уилл снова засмеялся. - Ну дай ему трубку я с ним… договорюсь… объясню ситуацию, – Табита поднесла трубку ко рту Трэвиса. Малыш что-то пробулькал, а Уильям в ответ пробормотал какое-то смешное оправдание своего отсутствия.
- Ну что вы поговорили? - с серьезным видом спросила Табита, словно их разговор с младенцем и правда можно было назвать конструктивной беседой. - Ты все понял?
- Да мы с ним договорились. Я скоро буду.
- Ждем. Смотри, если опоздаешь на куранты, Трэвис на тебя обидеться, – Таби повесила трубку, еще раз поцеловала малыша и отправилась к гостям.
Основная масса народа находилась на первом этаже в широком зале. Под звук грохочущей музыки Таби спускалась по лестнице. Табита обнимала подруг и обменивалась любезностями. Кто-то поделился с ней последними новостями. Женщина заняла место возле барной стойки и глазами искала наиболее влиятельных лиц. В поле ее зрения попал Габриэль Чирини со своей дочкой Глорией – Патрицией.