Море Королевы Виктории обследовали в течение трех с половиной часов, пройдя далеко на северо–запад и север от острова Артура. Идем домой, задание выполнено. К северу исключительно ясная погода. Виден остров Рудольфа, хотя до него более 130 километров. Под нами торосистые поля льда. За штурвалом я. Мазурук тренирует меня по пилотажу тяжелого корабля. Самолет очень послушен. Мазурук улыбается и показывает большой палец. Садимся на Рудольфе. Н-170 Водопьянова уже стоит рядом с другими самолетами, он пробыл в воздухе 10 часов.
Леваневского не обнаружили. Полет Н-170 замечателен' Это был первый в истории полет в условиях полярной ночи. Но одна ласточка не делает весны! Самолет Алексеева на колесах так и не взлетел. По заданию он должен был идти на Греэм — Бэлл, в 150 километрах от Рудольфа.
Дзердзеевский мрачен, его угрожающий прогноз не подтвердился. Но как можно предугадать погоду Арктики, когда на тысячи километров ни одной метеостанции. В погоде Дзердзеевский — бог. Недаром летчики в день его рождения подарили ему его собственный портрет, вставленный в оклад от Николы Чудотворца.
8–9 октября. Отдыхаем впервые за месяц. Пурга. 10 октября. Пурга. Отряд Шевелева готовится к уходу на Большую землю. На смену ему идет отряд Чухновского.
Так развертывалась первая часть эпопеи поисков экипажа Сигизмунда Леваневского.
Экипажи спасательной экспедиции обладали высоким летным мастерством и были полны решимости выполнить возложенное на них задание. Но время поисков было упущено. Долгая полярная ночь встала неодолимой преградой на пути поисков. И даже прилетевший в ноябре специальный отряд Чухновского смог приступить к поискам только с наступлением полярного дня с весны 1938 года.
Не знаю, всегда ли справедлива известная поговорка, что время лучший судья? Я до сих пор невольно вспоминаю нашу с Козловым радиограмму с планом организации поисков Н-209. Был он прост и реален. Тогда отряд Водопьянова еще готовился к вылету из Москвы на остров Рудольфа. Но, увы, этот план остался незамеченным, хотя потом, когда уже велись поиски, явно ощущалась нехватка опорной базы в районе исчезновения самолета Леваневского.
4 апреля в ясный, солнечный полярный день экипаж Якова Мошковского, учитывая дрейф льдов, совершил полет в район предполагаемой посадки Н-209, но никаких следов самолета не обнаружил.
В этот же период летчик Илья Котов на одномоторном самолете конструкции Поликарпова, Р-5, переоборудованном для дальних арктических полетов, выполнил второй полет в более южный район, куда дрейф мог перемести гь льды из района предполагаемой посадки Леваневского, но также никаких признаков Н-209 не обнаружил.
Экипажи самоотверженно совершали полеты в сложных погодных условиях. При посадке на купол острова Рудольфа попадает в аварию Чухновский, а самолет Бабушкина терпит аварию на острове Гукера. Возвращаясь на Большую землю, раненый Бабушкин и часть его экипажа погибают в катастрофе. Самолет Мошковского разбивается под Архангельском.
Безуспешно искали Н-209 с Земли Франца — Иосифа и с Аляски…
В мае 1939 года Правительственная комиссия, после совещания с видными полярными летчиками и известными арктическими исследователями, приняла решение — прекратить поиски ввиду их безрезультатности.
Вот на какие воспоминания навел меня профессор Зубов, напомнив о Яше Либине, начальнике полярной станции острова Рудольфа.
С кандидатурами профессора Зубова мы согласились.
— Прошу вас, молодые люди, особое внимание обратите на мощность и возраст льдов в зоне между семьдесят пятым и восьмидесятым градусами северной широты. Предполагаю, что в этом районе льды очень тяжелые, старых ледовых полей.
— Более мощных, чем на Северном полюсе? — переспросил я Николая Николаевича.