— Он тебе говорил, что это мне? Ну, то есть… — Таня замялась, — что мне подарит?
— Нет! Я просто знала! Чуйка, понимаешь, чертенок? Он твой Избранный, гарантирую!
На что угодно, но на Олину чуйку точно не стоило полагаться. У той все руки были в Ожогах.
Но цветы… Лена видела, что Таня пришла из школы с букетом. Действительно ли он был от Евгения Александровича? Он ведь понимает, что дарить цветы своим ученицам как минимум неэтично, так?
Лена выключила пирограф. С крышки шкатулки на нее смотрели Женины глаза. Миндалевидные, чуть прищуренные и будто бы над ней насмехающиеся.
Был же другой эскиз!
Дождавшись, когда за машиной опустится створка ворот, Лена зашла в дом. Поворачивая в свою комнату, она краем глаза заметила на Танином столе букет. Голубые гортензии лежали распластавшись на обертке, и Лена решила, что стоит поставить их в вазу.
В логове Тани, оклеенном постерами, было непривычно тихо и пахло чипсами. Пара пустых пачек валялось на полу. Перешагнув через них, Лена подошла к столу и подняла цветы. Из-под оберточной бумаги выскользнула записка. Лена подцепила ее пальцами и развернула. «Хочу тебя… Позвони, как сможешь», — прочитала она. Часть слов расплылась от подтаявшего снега, но Лене было достаточно и того, что она смогла различить. Внизу стояла корявая подпись: «Женя». Следом шел номер телефона. От того, что дала ей фармацевт, он отличался последней цифрой. Так вот почему она не могла до него дозвониться!
Ублюдок! И дня не прошло, как ей 16 исполнилось, а он уже считает, что может с ней заигрывать? Притом, что у него есть девушка. Изменник!
Стоп!
А что, если девушки у нет? А презервативы он тогда для кого покупал? Для Тани?! Так он давно уже это задумал и просто дожидался ее Дня рождения!
Вот скотина! Совратитель малолеток! Она ему устроит!
Лена запихнула записку в карман джинсов и принялась раскидывать учебники, горкой сложенные на столе. Искала дневник. На краю стола лежал «Евгений Онегин», утыканный розовыми стикерами. Лена ради интереса открыла последнюю отмеченную страницу — письмо Татьяны к Евгению.
Если за два месяца, что эта книга лежит у Таньки на столе, она дошла только до этого, высоких баллов на ОГЭ ей не видать. Она даже прочитать материал не успеет, не то что его разобрать! Поменьше бы свой хард-рок слушала и побольше — репетиторов!
Наконец дневник сестры оказался в руках Лены. На следующий день в расписании стояла история, информатика и два английских. Отлично! Историю у Таниного класса вела директриса. Наверняка, она будет рада узнать парочку интересных фактов о новом практиканте.
* * *
Лена дождалась, когда прозвенит звонок с урока и постучала в дверь. Никто не ответил. Она повернула ручку и вошла внутрь.
— А где учитель? — Лена обвела взглядом притихших ребят. Те сидели за партами и что-то усердно рисовали. Она и не думала, что без надзирателя с указкой-дубинкой класс может быть таким спокойным.
— Здесь, — послышался мужской голос у нее за спиной. Женя приобнял ее за плечо, аккуратно отодвигая с прохода.
Опять он?! Неужели она неверно расшифровала каракули в Танином дневнике и промахнулась с кабинетом? Ну и ладно, так даже лучше.
Выражение лица Лены осталось холодным и безразличным, но внутри у нее вмиг вспыхнула праведная ненависть. Она так и рвалась наружу, желая испепелить этого рыжего гада дотла. Чтобы остался только пепел. Только его пепельные глаза…
Эти глаза сейчас смотрели на нее так мягко и нежно, что Лена невольно нахмурилась. Нестыковка. Он не должен был так не нее смотреть. А она не должна была ему улыбаться, но уголки губ дрогнули сами собой.
Лена сжала челюсть и заставила себя убрать улыбку.
— Ты, — она подошла ближе и ткнула пальцем ему в грудь. — Вот ты мне и нужен.
— О, я польщен! — Женя чарующе улыбнулся. — Сейчас только соберу у ребят работы. Они сегодня рисовали своих личных ИИ-помощников. Хочешь посмотреть?
Лена оторопела захлопала глазами. Он разговаривал с ней как с давним другом. Или как с девушкой, с которой ему было легко и комфортно. Но точно не как со старшей сестрой несовершеннолетней девчушки, которую он пытался охомутать.
— Я сюда не за этим пришла, — Лена развернула его за плечи и, отчеканивая каждое слово, произнесла: — Еще раз тронешь Таню, и наш отец переломает тебе руки. У него свой литейный завод. Уж поверь, лом найдется.
Женя выпучил глаза так, будто она только что на полном серьезе сказала ему, что Земля плоская. Удивленно, а не испуганно.