- О Блейр, пожалуйста. Я так хочу увидеть этот дом!
- Так тебя интересует только дом? Не Таггерт?
- О чем ты говоришь! Меня сто раз приглашали , на ужин, но никогда еще хозяину дома не удавалось смутить мой покой. Кроме того, там будут и другие гости.
- Ты не возражаешь, если после свадьбы я расскажу Лиандеру, что он провел этот вечер со мной? Многое можно отдать, чтобы увидеть выражение его лица.
- Конечно, можешь рассказать. Ли не лишен чувства юмора и, уверена, оценит нашу шутку.
- Я в этом сомневаюсь, но мне, по крайней мере, она доставит удовольствие.
- Тогда нам пора идти переодеваться. Я хочу подобрать что-нибудь подходящее для такого дома, а ты наденешь голубое атласное платье от Ворта.
Блейр пошла за Хьюстон к дому. Происходящее уже начало захватывать ее. Преобразиться в Хьюстон будет нелегко, а еще эта ее медленная, ленивая походка... Но Блейр приняла это как вызов и решила показать, на что она способна.
Блейр отвлеклась от мыслей о предстоящем приключении, когда почувствовала, как Хьюстон затягивает на ней шнурки корсета. У сестры никогда не возникало сомнений в том, что ради красоты стоит пострадать, но Блейр могла думать только о том, что ее внутренние органы смещаются под воздействием этого орудия пытки из китового уса. Но когда она надела платье и увидела себя в зеркале, недовольство пропало: ее фигура, как и фигура Хьюстон, стала напоминать песочные часы.
Хьюстон оглядела сестру в зеркале:
- Вот теперь ты похожа на женщину, - потом взглянула на свой наряд - юбку и блузку, корсет затянут не слишком туго. - А себя я чувствую легкой, как перышко.
Они молча изучали друг друга в зеркале.
- Никто не отличит нас одну от другой, - сказала Хьюстон.
- Пока мы не заговорим, - ответила Блейр, отворачиваясь.
- Уж у тебя-то трудности с этим не будет. Ты можешь молчать, как это обычно делаю я.
- Значит, я слишком много говорю? - бросила на нее взгляд Блейр.
- Это значит, что, если Блейр будет вести себя тихо, нас никогда не выпустят из дома, потому что мама вызовет врача.
- Лиандера? - уточнила Блейр, и они рассмеялись.
Позднее, когда они были уже полностью готовы к выходу, - предполагалось, что Блейр пойдет в гости к своей подруге Тайе Мэнкин, - Блейр увидела то, что людям редко удается увидеть: себя со стороны.
Она была настолько поглощена желанием походить на Хьюстон, двигаться, как она, так же войти в комнату и посмотреть на присутствующих, как бы издалека, что не обратила внимания на то, как Хьюстон изображает ее.
- Обе молодые леди выглядят очень мило, - произнес мистер Гейтс, войдя в комнату. Хьюстон в роли Блейр откинула голову и с высоты своего роста взглянула на него:
- Я врач, а быть врачом важнее, чем выглядеть привлекательной. От жизни я хочу большего, чем быть просто женой и матерью.
Блейр открыла рот, чтобы возразить, что она никогда не грубит первой, но, посмотрев на лица вокруг, поняла, что никто не считает, что Хьюстон сказала что-то не то.
Ей стало почти жалко мистера Гейтса, когда лицо маленького человечка исказилось и покраснело. И прежде чем она поняла, что делает, Блейр встала между сестрой и разозленным отчимом.
- Какой прекрасный вечер! - громко сказала она. - Блейр, а не пойти ли нам с тобой в сад и подождать Лиандера там?
Когда Хьюстон повернулась к ней, лицо ее было искажено злобой и враждебностью. Такой Блейр никогда ее не видела. "Неужели я действительно так выгляжу? - подумала она. - Неужели большинство ссор с мистером Гейтсом затеваю я?"
Она хотела спросить об этом Хьюстон, но они не успели даже выйти на улицу - за ними приехал Лиандер.
Блейр стояла позади и смотрела на изображавшую ее Хьюстон, и ей почти сразу же захотелось защитить его. Галантный, улыбающийся, вежливый и такой симпатичный. Она никогда раньше не задумывалась, что Лиандер способен покорить не одно сердце. Серьезный, зеленоглазый, с тонким прямым носом и полными губами. Слишком длинные черные волосы касались воротника пальто. Но Блейр интересовала не его приятная внешность, а выражение глаз. Казалось, что они таят секреты, которые он не доверяет никому.
- Хьюстон! - окликнул он ее. - С тобой все в порядке?
- Конечно, - коротко ответила она, стараясь подражать холодной манере сестры.
Но когда Лиандер обхватил ее за талию, сажая в экипаж, она улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ, быстро, мимолетно, но ей стало тепло, и она порадовалась, что проведет с ним этот вечер.
Прямо там же, в экипаже, Хьюстон пошла в атаку на Лиандера.
- Как избежать перитонита? - спросила она с такой угрозой в голосе, что Блейр с удивлением посмотрела на нее. С чего это она так рассердилась? И откуда узнала о перитонитах?
- Сшиваешь внутренности и молишься, - вполне разумно и правильно ответил Ли.
- А вы здесь, в Чандлере, слышали об асептике?
Затаив дыхание, Блейр ждала, как Ли воспримет этот вопрос. Блейр показалось, что он прозвучал весьма оскорбительно, и она не осудила бы Ли, если бы тот осадил Хьюстон. Но Ли только взглянул на Блейр, быстро подмигнул и ответил, что врачи в Чандлере не забывают мыть руки перед операцией.
Блейр не могла не улыбнуться ему и почувствовала, что они с ним заодно в этой ситуации. Хьюстон продолжала изводить Ли, а Блейр откинулась на сиденье и смотрела на звезды, не прислушиваясь к громкому разговору сестры.
Когда они наконец доехали до дома ее подруги, Блейр очень обрадовалась. А когда Хьюстон ушла и Блейр и Ли остались одни, она глубоко вздохнула.
- Как после страшной бури, - сказала она, поднимая глаза на Ли и страшась услышать его замечания о себе самой.
- Она не имела в виду ничего плохого. После окончания медицинской школы все врачи ведут себя так. Ощущаешь ту ответственность, которую накладывает твоя профессия.
- А потом это проходит?
- Да, но я не знаю, как лучше объяснить. Думаю, что со временем ты понимаешь, что твои возможности ограничены, и уже не думаешь, что способен спасти мир в одиночку.
Блейр снова откинулась на сиденье и подумала, что с его стороны очень мило не сказать ничего плохого в адрес Хьюстон, напавшей на него. И он назвал ее врачом.
И ей показалось вполне естественным просунуть свою руку под его и не отодвигаться в другой угол экипажа теперь, когда сестры уже не было. Она не заметила, что Лиандер как-то странно посмотрел на нее - этим вечером Блейр чувствовала себя прекрасно.
Глава 4
Город Чандлер расположился у подножия Скалистых Гор на высоте семи тысяч футов, и поэтому воздух здесь был всегда довольно разреженный, чистый и прохладный.
Летом в течение дня бывало очень приятно, но, как только солнце садилось, приходилось доставать шали.
Сидя рядом с Ли, Блейр жадно вдыхала прозрачный горный воздух. Она и не представляла, как ей не хватало его.
Они не проехали и полумили, как в облаке пыли к ним подскакал человек на взмыленной лошади и выкрикнул имя Лиандера.
- Вестфилд! Нужна помощь. На Ривер-стрит женщина пыталась убить себя.
Блейр никогда не видела этого человека раньше и была бы рада никогда его больше не встречать. Такими изображают игроков в азартные игры: черные-черные волосы, маленькие усики, но что хуже всего - он нагло ухмылялся, разглядывая ее.
Он снял шляпу с узкими полями и махнул ею в сторону Блейр:
- Я, конечно, понимаю, вы, может, заняты, док. Блейр посмотрела на Ли и, увидев, что он колеблется, поняла, что все зависит от нее.
- Я поеду с тобой, Ли. Может быть, я чем-то помогу.
Мужчина сказал:
- Ривер-стрит не место для леди. Может, мне следует за ней присмотреть, пока вы займетесь самоубийцей?
Но Ли щелкнул кнутом над, головой лошади и крикнул Блейр:
- Держись!
Блейр ударилась о спинку сиденья и попыталась за что-нибудь ухватиться. Ли помчался, как на крыльях. Она дважды в ужасе закрывала глаза, когда Ли чуть не столкнулся с тремя другими повозками. Люди замечали его издалека и заблаговременно очищали путь. Несколько раз она услышала подбадривающие возгласы и поняла, что вид мчащегося по улицам Ли знаком горожанам.