– Я не говорил с ним! И я повторяю тебе, Шон, так что слушай меня: все в порядке. Тебе действительно нужен отпуск, так что я позволил Мартине уговорить себя одолжить вам «Брисингамен» на Сейшелы. Со всей командой. Ну, на что это похоже?
– Это похоже на то, что ты запретил им общаться со мной.
Кингсмит первым отвел взгляд.
– Ты на грани нервного срыва после такой недельки, а я пытаюсь спасти тебя от этого. Беспокоиться не о чем, и мы не хотим никого беспокоить – просто грузовое судно, у которого неполадки с двигателем. Я не сказал тебе сразу, поскольку знал, что ты психанешь. Но если ты настаиваешь, вот, пожалуйста. Не о чем беспокоиться.
Шон заставил себя говорить спокойно:.
– Если неисправный грузовой корабль встал вблизи виллы «Мидгард», мы должны оказать ему помощь. Это часть нашего соглашения с Осло.
– Нашего соглашения? С каких это пор? Не ты ли сказал мне в этой самой комнате, что ты единственный человек, который будет заниматься этим? Ключевой момент: чтобы это все шло через тебя, и только тебя. Но не волнуйся: судно не так уж близко, и оно не просило помощи. Так что все в порядке.
– Неисправное судно в Арктике в октябре – какой уж тут порядок?
– Я знал, что для тебя сейчас такое будет слишком, поэтому попробовал оградить тебя от этого. Ты пережил невероятное напряжение, совсем расклеился. Ради общей пользы не вмешивайся в это и дай мне все уладить.
Кингсмит провел ладонью по бритой голове, и Шон услышал легкий шорох. Это был один из немногих признаков в поведении Кингсмита, которые Шон усвоил. Он был слишком занят, чтобы побрить голову – значит, было что-то срочное. Краем глаза Шон заметил еще один лэптоп – на столике в ванной комнате.
– Мне нужно отлить.
Он вошел в ванную и закрыл дверь на замок прежде, чем Кингсмит помешал ему. Он коснулся чувствительной панели, и на экране возникло табло системы АИС: зеленые точки кораблей на черном поле, но одна точка, в самом центре, не двигалась. Он кликнул мышью, увеличивая область Баренцева моря – неровная желтая линия обозначала контуры Мидгардфьорда. Он хотел увеличить картинку, но экран погас – кто-то отрубил питание.
Но Шон и так увидел достаточно.
Кингсмит постучал в дверь.
– Шон. Я был терпелив к тебе, но это начинает утомлять. – Он помолчал немного. – Выходи.
Едва Шон открыл замок, как Кингсмит с силой распахнул дверь и, забрав лэптоп, взглянул в зеркало на Шона.
– Никогда больше так не делай. – И он вернулся в номер. – Иди сюда. Будем говорить о текущих делах, и я скажу тебе, что нужно делать.
Шон присел, ошеломленный. Терри Бьернсен, Дэнни Лонг – все они получали указания напрямую от Кингсмита. А он только считался их начальником.
Кингсмит пощелкал пальцами перед его лицом.
– И главное, – сказал он, и Шон почувствовал виски в его дыхании, – ты не будешь нервничать. Ты будешь спокоен и будешь доверять мне, потому что в противном случае, если ты дашь волю своему эго – мы к этому еще вернемся, – ты усложнишь всем жизнь даже больше, чем это мог сделать один известный тебе человек. – Он снова открыл ноутбук и повернул к Шону. – Что ты видишь?
– Видерфьорд, на отдалении. И вон там корабль, который не движется.
– Движется, просто очень медленно. У него пустяковые проблемы с двигателем, и механики устраняют их прямо сейчас, пока мы с тобой говорим об этом, но если они не устранят их раньше, чем войдут в исландские воды, и им все еще будет нужна помощь, они ее получат.
– Зачем ждать, когда мы можем помочь им прямо сейчас?
Кингсмит улыбнулся:
– Помимо того, что Рэдианс учредила щедрый благотворительный фонд, который носит ее имя, за перевод поэтических произведений с китайского на исландский, она также купила порт. Так что твой корабль может причалить туда.
– Мой корабль?
– Шон, мальчик, неужели я тебя ничему не научил? Первое правило бизнеса – хорошее хозяйственное обеспечение. Но ты видишь только дивиденды; ты так давно перестал заботиться о средствах доставки. Как ты сказал? Да, точно: «Ты в них разбираешься, значит, мне это ни к чему». – Кингсмит хохотнул. – Устами младенцев.
Шон похолодел. Это было чистой правдой. Кингсмит инвестировал в него в течение двадцати лет. Он построил весь свой бизнес на начальном капитале, полученном подобным образом. Он был финансово привит к корневищу Кингсмита.
– Во что ты меня втянул?
– Ты не хочешь этого знать. Или лучше сказать: поздняк метаться. – Кингсмит больше не улыбался. – Не переживай, так устроено большинство людей. Дай им достаточный барыш, и они не станут вникать в детали. Если только они не стратеги.
Шон вдруг вспомнил Рэдианс на борту самолета Кингсмита, три года назад. Как она покачивала голой ногой с красными ноготками, пока играла с кем-то в виртуальные шахматы. И его осенило: