– Откуда вам было знать?
Шон подумал о странных нарядах Рози. Эта девушка была примерно одних лет с его дочерью. Он посмотрел в сторону длинного столика, за которым на некотором расстоянии друг от друга сидели еще два журналиста – мужчина и женщина.
– С кем вы пришли? – спросил он девушку.
– С кем? – Она проследила за его взглядом. – О, я фрилансер.
Она протянула ему визитку, на которой было написано от руки большими буквами: БЕТ БЕРНЭМ, КОРРЕСПОНДЕНТ, ОКРУЖАЮЩАЯ СРЕДА. Он постарался сдержать улыбку.
– Именно так, – сказала она, простодушно глядя на него. – Нужно представить себя там, где ты хочешь быть, и ты там будешь. Вы это сказали в интервью «Санди таймс».
– А вам не нужно быть в школе?
– Это гораздо важнее.
– Чем ваше образование? Ничуть.
– Важнее! Арктика тает и…
– Арктика, Арктика… Вы хоть представляете, о чем вообще говорите? Это вам не парк развлечений с куклами туземцев, знаете ли, или какая-нибудь видеоигра с полярными медведями против нефтяных демонов. Вы не можете спасти ее. Ей можно только управлять. Поймите это для начала.
Шон заметил тревогу в ее глазах, но на этот раз она не отступила.
– Я знаю, что это сложная тема и что я не понимаю всего. Поэтому я и здесь, ведь вы здесь, ведь вы на самом деле участвуете в этом, так что я подумала…
– Вот что я думаю, – сказал Соубридж, окинув взглядом самодельную визитку, – мисс Бернэм. Вы изучаете журналистику и решили, что это подходящая тема для курсовой.
– Как вы узнали?
Неприкрытое возмущение придало ей трогательности в глазах Шона.
Соубридж улыбнулся:
– Я также думаю, что вы местная. Вы услышали о дознании, увидели слова «заинтересованная сторона» и подумали: «Ага, а ведь я заинтересована, почему бы мне не пойти посмотреть на людскую скорбь и на работу адвокатов – и я привяжу все это к заботе об окружающей среде». Или вы об этом еще не подумали?
Девушка нахмурилась:
– Это открытое заседание. Я имею право здесь находиться.
– М-м… Вообще-то нет. – Соубридж понизил голос, чтобы его слышали только они двое. – Если у вас нет явной личной заинтересованности и вы не имеете отношения к официально зарегистрированному средству массовой информации, то должны покинуть помещение.
– Официальные средства массовой информации, – парировала девушка, – это тупизм, сексизм и догматизм. – Она расправила плечи. – Я переобулась в нормальные туфли, как того справедливо требовал мистер Каусон, но, если вы не знали, кое-что изменилось. Я и есть современная космополитичная журналистка, и происходящее в Арктике касается нас всех. Так что я бы назвала это очень явной личной заинтересованностью, благодарю. – Она разгорячилась от своей храбрости и тяжело дышала. – И если такие, как я, не встанут на защиту…
– Или не сядут поближе к распределительному узлу, – сказала миссис Осман, окинув ее насмешливым взглядом. – Ну, милочка, опоздали.
Обернувшись, они увидели еще одного журналиста, грузного и неряшливого, который бесцеремонно отодвинул вещи девушки и занял ее место. Он проигнорировал злобный взгляд Бет Бернэм, и в этот момент все встали – второе заседание началось. Шону показалось, что он уже видел этого журналиста, и вскоре он вспомнил, что это был тот самый тип, который назвал виллу «Мидгард» грязным Давосом и не раз пытался вступить в один из его клубов под вымышленными именами. Шон понимал, что ему нечего ждать от него, кроме неприятностей, но почему-то испытал к нему сочувствие. Этот парень отчаянно хотел стать кем-то.
Дальше выступала чета туристов из Америки, Джон и Труди Берк. Миссис Берк говорила за обоих. Шон слушал ее рассказ о том, как пассажиры мечтали увидеть медведя и как они вынудили капитана запустить дрон, который нашел медведя, а уж он привел их, словно мистический поводырь (ведь правда же?) к тому самому месту. Пусть даже капитан не хотел туда плыть и возникли трения по этому поводу. Но судно оказалось как раз в нужном месте в нужное время, чтобы увидеть тело этого бедняги. Она уже собралась изложить свое мнение о глобальном потеплении, когда коронер взглянул на часы и поблагодарил ее за выступление.
– Один момент!
Коронер кивнул миссис Осман.
– Вы хотите сказать, что возникли разногласия по поводу поисков медведя?
– Споры насчет того, чтобы зайти в этот фьорд, – сказала миссис Берк. – Один фьорд, другой фьорд, мы хотели увидеть то, ради чего заплатили за этот круиз, – полярного медведя! Девять дней мы смотрели на сизых чаек и глупышей, а потом еще увидели нескольких моржей, причем смотрели только издали, чтобы не потревожить их. Позвольте я скажу вам: на борту были люди, которые с тех пор уже успели помереть от старости – царство им небесное, – и увидеть полярного медведя было одним из их главных желаний. В общем, сперва нам объявили по громкой связи, что можно посмотреть на медведя, и мы все повалили на палубу, и кое-кто даже заметил его, а потом нам вдруг сказали, что нельзя заплывать в тот фьорд, где был медведь. Королевство полярного медведя, или господина Высокого Севера, или как там еще – и вот же он, а нам и посмотреть нельзя?