Они пошли дальше.
Трос все так же тянулся вдоль стены, пол был тщательно выровнен, и черные ребристые плитки были уложены везде, где имелись ухабы или осклизлости. Продолжая спуск, они периодически останавливались полюбоваться переливами льда – от белого до сказочного нежно-голубого. В одном месте стену пересекала наискось прожилка зеленовато-золотой породы, уходя под лед, а через несколько метров, после очередных ступеней, вырубленных во льду, туннель привел их в сводчатую комнату с естественной амбразурой в одной из ледяных стен.
Они столпились перед ней, осматривая. Лучи фонарей высвечивали глубокую узкую камеру, полную ледяных сталагмитов и сталактитов, протянувшихся вверх и вниз навстречу друг другу, и некоторые из них слились в элегантные ледяные колонны. Пар от дыхания клубился в воздухе, поднимаясь к этой каверне и развеиваясь между замерзшими формами.
– Откуда идет этот воздух? – спросил Том тихо, придвинувшись ближе к Шону.
Они смотрели, как бледный пар, поднимаясь из их легких, кружится вокруг сталагмитов и исчезает.
– Вентиляция от шлюза, – ответил Шон не задумываясь.
Он смотрел, как пять галогенных лучей от их головных фонарей двигают тени и вызывают вспышки и мерцание во льду, словно само их наблюдение наделяло его жизнью. Рэдианс стала возмущаться, что ее микрокамера, предназначенная для полярных условий, не работала.
– Такая дорогая, – сказала она, – и полное барахло.
– Слишком холодно для батареи, – заметил Том. – Но тебе не нужна камера. У тебя есть глаза. Здесь просто восхитительно.
Шон, стоявший позади Тома, улыбнулся, услышав восторг в его голосе. Все будет хорошо.
– Все в порядке, команда?
Шон не решился взглянуть Тому в лицо, но задержал свой фонарь на Мартине, улыбнувшейся ему, на Рэдианс, поднявшей большой палец, и на Кингсмите, смотревшем вверх. Он взглянул на Шона и кивнул.
– Том, – спросил Шон, – пойдешь первым?
– Конечно.
Объяснения не требовалось – Том понимал тревогу Шона за остальных, так что смело сделал несколько шагов во тьму и остановился в ожидании.
– За меня не волнуйся, – сказал Кингсмит. – Я в полном порядке.
Шон занял второе место и с радостью почувствовал, как Мартина сжала его плечо. Они продолжили путь, освещаемый фонарем Тома. Туннель опускался все ниже, постоянно меняясь: то расширяясь в верхней части, то сужаясь. Иногда им приходилось огибать выступ на уровне талии, держась за лед руками в варежках и чувствуя, как они скользят, ведь лед подтаивал.
Они вышли в более широкую часть, и Шон снова испытующе посмотрел на спутников. Они все улыбались, но он уловил, что их дыхание участилось.
– Все по-прежнему нормально?
Трое кивнули, а Том с чувством произнес, что лед хорош, затем сказал:
– Я различаю высокую арку впереди, это должен быть Большой Зал. Там узкий проход, потом пара внушительных ступеней вниз – и вот он, зал.
Шон услышал азарт в его голосе.
– Мы идем!
– Нет, я пас, – донесся голос Кингсмита из туннеля. – Увидимся, ребята, наверху.
– Том, подожди! – крикнул Шон. – Джо нехорошо.
– Я в порядке, – отозвался Кингсмит раздраженно.
Но Рэдианс и Мартина уже осматривали его, и, на взгляд Шона, он был не в порядке. Он оперся о ледяную стену и улыбался, но улыбка больше походила на гримасу. Он прикрыл лицо, защищаясь от луча Шона, развернулся и пошел обратно.
– Ты тут позаботься обо всех, а я буду ждать наверху.
– Эй, старичок! – воскликнула Рэдианс. – Я тебе нужна. Признай это.
Кингсмит бессильно рассмеялся:
– Рэдианс, ты меня убиваешь.
– О чем ты говоришь? Я тебя спасаю! Я делаю твою жизнь такой яркой! – Она ухмыльнулась Шону и Мартине, сверкнув в темноте белыми зубами. – Мартин, идем. Я тебя тоже спасу. Бесплатно.
Мартина не ответила ей, но Шон видел, что она напряжена.
– Иди, – сказал он ей. – Мы с Томом только глянем и вернемся.
– Или мы можем отвести их обратно, – предложил Том, подходя к нему.
– Мы сами справимся! – Рэдианс подмигнула им. – Теперь я тут главная.
Мартина закатила глаза, посмотрев на Шона.
– Только недолго.
– Десять минут, – пообещал Шон.
– Пятнадцать, – уточнил Том. – Я реалист.
– Я главная! – воскликнула Рэдианс. – Разрешаю пятнадцать.
И она принялась подгонять Мартину и Кингсмита наверх по туннелю. Шон ухмыльнулся при мысли о том, что услышит потом от Мартины.
– Могли бы глянуть хоть одним глазком, – сказал Том. – Мы проделали такой путь.
– Это так. – Шон взглянул на него, и на этот раз их глаза встретились на секунду.
Они двинулись по туннелю вместе в направлении ледяной пещеры, известной как Большой Зал.