Марианна не сдерживается и прыскает со смеху.
— Зато я не теряю равновесие каждый раз, когда рядом появляются красивые парни, — язвит она, снова обращаясь ко мне. — Ты же как всегда будешь завидовать, когда я встречусь с кем-нибудь из них.
— Завидовать? Нет. Я мило улыбаюсь. — Но я обязательно запишу это в свой дневник. Возможно, прямо на последней странице.
Марианна кивает с серьезным лицом:
— С красной рамочкой и под заголовком ‘София снова думает, что всех волнует ее личная жизнь’.
Я кусаю губу, сдерживая смешок. София резко встает и выходит из раздевалки, бросив что-то себе под нос.
— Удачи с хоккеистами, — шепчет Марианна ей вслед, прежде чем повернуться ко мне. — Пошли уже домой, пока она не вернулась с новой речью.
Я вздыхаю и киваю, забрасывая сумку на плечо.
Когда мы выходим на улицу, холодный воздух щиплет кожу.
— Ты ведь не из-за нее такая сегодня? — спрашивает Марианна, косо глядя на меня.
— Нет, — отвечаю я быстро, но вру. Потому что все это утро что-то сидит внутри меня и не отпускает. Как будто мир вдруг выбился из привычного ритма, и я просто жду, когда он окончательно рухнет.
Арена дышала тишиной. Утро. Мое любимое время суток. Когда нет хихиканья фигуристок, никто не мешает, и я могу слышать только свое дыхание и эхо шагов по пустым коридорам.
Сумка мягко бьется о бедро, пока я иду в раздевалку.
Дверь закрывается за мной, и тишина сменяется… звуками. Странными звуками. Тихие стоны, смешанные с тяжелым дыханием. Я останавливаюсь на месте, мой мозг не сразу понимает, что это.
Сначала я думаю, что мне просто послышалось, но нет. Стоны становятся громче, и я слышу, как кто-то сдавленно шепчет что-то низким голосом — его слова рваные, обрывистые. Грязные.
Мое сердце резко ускоряется, дыхание сбивается. Что за чертовщина здесь происходит?
Осторожно подхожу ближе, босыми носками ступая по полу так тихо, как только могу. За углом стоит скамейка, и именно оттуда доносятся звуки. Я выглядываю из-за угла — и замираю.
София.
Ее руки уперлись в стену, лицо прижато к холодной плитке, волосы растрепаны и падают на плечи. Ее футболка сбилась с плеча, оголяя часть спины, и она дрожит от рваного дыхания. Сзади нее стоит парень — его рука крепко сжимает ее волосы, а бедра резко двигаются вперед, вбивая ее в стену. Я вижу только его широкую спину в темной спортивной куртке, немного затылок и руку, сползающую по ее бедру.
— О боже… да!
Низ моего живота сжимается в тугой узел. От шока. От отвращения. От чего-то, что я даже боюсь назвать. Это происходит прямо передо мной, в раздевалке, где я всего лишь хотела переодеться и подготовиться к тренировке.
Резко разворачиваюсь, сердце бешено колотится, а ладони вспотели так, будто я только что пробежала марафон. Выходя из раздевалки, я захлопываю за собой дверь чуть громче, чем нужно.
Прислоняюсь к стене в коридоре и судорожно пытаюсь выровнять дыхание. Грудная клетка вздымается, как будто я задыхаюсь. Грязные слова, стоны Софии — все это продолжает звучать в моей голове.
Я делаю глубокий вдох и выдыхаю через стиснутые зубы. Соберись, Элисон. Это не твое дело.
Стою у стены коридора и стискиваю ремень сумки так сильно, что кожа натянулась до боли. Внутри все бурлит. Гнев накатывает волнами, растекаясь по всему телу. Конечно, ты решила устроить это в раздевалке. Где же еще, если не там, где я должна переодеться?
Ее стоны все еще звенят у меня в ушах, резкие, затяжные. Как будто она специально хотела, чтобы ее услышали. Она всегда хотела внимания. Сцена, которая только что закончилась за этой дверью, так и просится на обложку дешевого порно с заголовком “Быстро и без эмоций”.
Я закатываю глаза и сжимаю кулаки. Мне нужно просто зайти в раздевалку и забыть об этом.
Но нет. Судьба явно решила сегодня меня уничтожить.
Дверь открывается, и вот она — София выходит первой.
Волосы спутаны, губы припухли, футболка сползла с одного плеча. Она поправляет ее так небрежно, будто специально хочет показать, что только что ее стянули с нее так быстро, что она не успела ничего понять. Ее глаза сверкают победой.
— Доброе утро, Элисон, — мурлычет она, лениво размахивая рукой, будто я стою здесь только ради того, чтобы проводить ее взглядом.
Я улыбаюсь ей в ответ, сдерживая приступ смеха.
— Ты выглядишь так, будто только что побывала в дешевом борделе.
Ее улыбка дрогнула, но она быстро оправилась и ушла, оставив после себя шлейф приторно сладких духов, от которых меня уже тошнит. Я сделала шаг к раздевалке, но тогда судьба решила добить меня окончательно.