- Так нельзя, Яна.
Способность мыслить здраво ко мне вернулась очень быстро. Я поняла, что мы попали. Поцелуй точно не входил в наши планы, и нам не стоило нарушать границы, сами собой установившиеся. Однако тут же эти мысли ушли, а вместо них появилось стойкое ощущение, что я не жалею о произошедшем.
Я слезла со стола и, встав на ноги, осталась неподвижной, поскольку осознала, что Мэттью наверняка думает иначе.
- Почему нельзя? - прочистив горло, нерешительно спросила я.
Я с тревогой ожидала ответа, взглядом изучая его спину. По неведомой причине в голове тут же возникла картина о том, что у Мэтта есть девушка, о которой он не говорил мне, или, что еще хуже, жена и дети, оставшиеся в Америке…
Мэтт все еще стоял лицом к окну, как будто только один мой вид был ему неприятен. Однако реальность оказалась совершенно другой.
- Ты не должна была это узнать, - произнес он, - но меня влечет к тебе. Очень сильно. С этим трудно бороться, и станет еще труднее, если мы продолжим начатое.
Его слова повергли меня в шок. Мне не было известно, как реагировать. Парень, о котором я не переставала думать в последние недели, сообщает, что неравнодушен ко мне - к такому я точно не была готова. Но еще до того, как мозг усвоил эту мысль, тело отреагировало само: на лице появилась улыбка, и я подошла к нему ближе, пытаясь обратить на себя внимание. Хоккеист напрягся.
- И ты мне нравишься, Мэтт. Зачем, по твоему, я стала бы тебя целовать?
- Что ж, это все осложняет, - он усмехнулся и наконец повернулся ко мне. Я не увидела в его глазах чувства, похожего на облегчение - того, что испытала сама мгновение назад. Он выглядел так, будто у нас появились проблемы. И когда Мэттью заговорил, мои опасения подтвердились: - Ты очень хорошая девушка, Яна, и заслуживаешь гораздо большего, чем я могу тебе дать. Есть много ограничений, которые мы должны учитывать.
В тот момент я искренне не понимала, что он имеет в виду. Возможно, если бы я знала причину такого ответа, то моя реакция была бы другой. Но тогда я произнесла следующее:
- Ты будешь стесняться отношений со мной? Если да - нам действительно не по пути. Но если нет, то меня не пугают другие "ограничения".
- Ты ведь даже не знаешь, на что соглашаешься, - он улыбнулся. Впервые за последние минуты. И только теперь я увидела в его глазах радость и чувство удовлетворения.
- Я готова рискнуть.
Мэттью
- Ты уверена? - переспросил я, не сразу поверив в произошедшее. - Точно готова попробовать?
Я все еще не мог объяснить самому себе, что произошло пару мгновений назад. Яна поцеловала меня, и сначала я сильно разозлился: что она творит, ведь я отдаю все силы на то, чтобы держаться от нее на расстоянии? Но после во мне загорелся азартный огонек. Рядом с ней было хорошо. Даже просто от мысли, что мы дышим одним воздухом. Я никогда не испытывал ничего подобного. Может быть, это просто сон?
За последние минуты случилось слишком многое. Я узнал, что Яна неравнодушна ко мне. И желание быть с ней стало нестерпимым. Сперва я подумал: как же мне удалось влипнуть в такую непростую ситуацию? А после осознал, что больше не могу сопротивляться этому: ее сладким губам, так манящим меня, нежной, словно лепестки роз, коже и рукам, прикосновения которых путали мысли. Ощущения были непривычными, но очень волнующими.
Девушка притягивала меня как никто другой. После того, как я почувствовал вкус ее губ, до конца осознал, что не смогу от этого отказаться. Она была нужна мне. Абсолютно вся.
- Даже не пытайся меня переубедить, - улыбнулась Яна, и я возвратился к реальности.
За такой недолгий срок я уже успел полюбить ее улыбку и звонкий смех, после которого было невозможно остаться серьезным. Наверное, именно по этой причине я смешил ее, и вот к чему это привело…
Резко прерываю все размышления, вспомнив о недавних событиях.
- Как ожог? По-прежнему не болит?
- Все в порядке, Мэтт.
- Может, тебе стоит показаться врачу? - настаивал я.
Она отрицательно покачала головой. Я успокоился, убедившись, что с Яной все хорошо.