Несколько дней спустя, когда Мэтту разрешили понемногу смотреть телевизор, мы вместе следили за игрой "Каучука", который отправился на выезд в Ханты-Мансийск, Омск, Астану и Новосибирск.
При просмотре матчей с Мэттом я пришла к выводу, что мало что понимаю в хоккее, хотя раньше считала обратное. Когда я несколько раз спрашивала о каких-либо деталях в игре, например, о правиле гибридного проброса, он смотрел на меня как на трехлетнего ребенка, но все равно терпеливо объяснял.
Выездные игры "Каучук" провел неудачно. Сказывалось отсутствие двух ведущих защитников и, к тому же, команда все еще не могла вернуть прежние кондиции после перерыва в чемпионате.
Мэтт рвался на лед. Врачи и тренеры сдерживали его порывы и пока что не разрешали даже бесконтактные тренировки.
Но в целом было заметно, что парню становится намного лучше. Он часто улыбался, а временами даже позволял себе отпускать безобидные шутки в мой адрес. При мне он всегда пребывал в хорошем расположении духа, и я надеялась, что такое продолжается и тогда, когда он один.
За все время, что я к нему приходила, наши встречи были похожи одна на другую. Все, кроме одной. Однажды между нами случилось то, что подарило мне надежду и уверенность в том, что я все делаю правильно. Правильно, что прихожу и провожу с ним время, что забочусь и готовлю для него. Мэтт поцеловал меня.
Мы смотрели матч, когда он, взял меня за руку, чтобы привлечь внимание, нежно заглянул прямо в глаза и аккуратно притянул к себе. Запустив пальцы в мои волосы, коснулся моих губ. Поцелуй длился недолго, но мне хватило, чтобы уяснить самое главное. Так Мэтт словно благодарил меня за все и давал понять, что второй шанс у нас все же есть.
После он обнял меня и прижал к себе, а я положила голову ему на грудь.
Я не знаю, сколько мы так просидели. В тот момент время не имело для нас значения. Мы не нарушали воцарившегося между нами понимания ни словами, ни действиями. Позже я ушла домой, стараясь излишне не анализировать то, что произошло совсем недавно. В сложившейся ситуации радовало то, что скоро Мэтт вернется на лед, а значит, мы наконец поговорим. Больше не будет неопределенностей между нами. Мы поймем, кем являемся друг для друга, и решим, что будем делать дальше.
Глава 15. Маргарита
Утром, после нашей первой страстной ночи, проснувшись в моей кровати, мы долго нежились в объятиях друг друга и наслаждались лучами ноябрьского солнца, пробившимися сквозь шторы и играющими в зайчиков на наших обнаженных телах.
Нам совсем не хотелось расставаться. Не после того, как мы подарили друг другу море нежности, любви и удовольствий. То, что мы испытали этой ночью, невероятно сблизило нас. Я понимала, что во всем мире не найдется такого мужчины, как Володя. Но мне и не был нужен никто другой. Только он, кто смотрел на меня наполненными любовью глазами и был готов подарить мне счастье.
В конце концов, нам пришлось покинуть постель. Вову ждала тренировка, а меня - возвращение сына в компании свекра.
Я никогда не чувствовала себя настолько легко, как в это утро. На душе было так тепло, а улыбка - то легкая, то откровенно довольная - не сходила с лица. Все было невероятно просто: мы были влюблены и мы были вместе. Открыв свои сердца друг другу, мы осознавали, что теперь состоим не просто из двух "я", а представляем собой единое целое.
В это утро между нами была лишь искренность. Я ощущала ее в словах мужчины, в его волшебных поцелуях и бережных объятиях. Он дотрагивался до меня с такой осторожностью, будто боялся причинить вред своими прикосновениями. Нам обоим хотелось выразить свои чувства, но слова не могли этого передать, а потому мы бесконечно ласкали друг друга.
Но и этого было мало. Хотелось сказать о своей любви по-другому. И я осознала, как еще проявить свою заботу - приготовить Володе завтрак.
Честно скажу, мне не нравилось готовить, особенно по утрам. Обычно я обходилась чашкой кофе и бутербродом. Но в этот раз хотелось, чтобы все утро было особенным. Теперь я поняла, почему женщины так любят баловать своих мужчин вкусной едой. Это приходит тогда, когда понимаешь, что встретил человека, который тебе действительно дорог и ради которого не трудно встать пораньше.
Я уже хотела пожарить сырники и сварить кофе, как Вова снова отвлек меня поцелуями. Отстраняться не хотелось: когда он был рядом, все остальное становилось второстепенным.