В тот момент я совсем перестал думать. Все прежние обиды, негатив и разочарования, полученные за всю жизнь, будто скопились в клубок и решили выплеснуться сейчас.
Кто-то говорил за меня. Потому что я, будучи в ясном уме, никогда бы не позволил себе задать такой вопрос любимой женщине:
- Ты во всем с ним советуешься?! - вспылил я, понимая, что я уже на грани. Злой и разъяренный, как испанский бык на поле боя. Гнев так и плещет. Больше я не могу себя контролировать, и от этого ярость зашкаливает еще сильнее. - Спрашиваешь у него разрешение на каждый шаг?! Ты совещалась с ним, когда решила спать со мной?! Он подсказал, в какой позе лучше сделать это?!
Вместо ответа я получил пощечину. Заслуженную. И своевременную, поскольку только это остановило меня от других, более ужасных слов.
- Я не желаю больше видеть тебя в своем доме! - резко произнесла Рита. – Немедленно уходи! Ты знаешь, где дверь.
Я не знал, на кого злился сильнее: на нее или на себя. Она была далеко не права, упоминая бывшего мужа в такой момент. Однажды он уже помешал нам, а сегодня сделал это снова: тогда, когда мне больше всего на свете хотелось быть единственным, о ком она думает.
Но и я тоже хорош… Неожиданно во мне проснулась и взыграла мужская гордость. А ведь раньше мне казалось, что ее вовсе не существует.
Осознание всего этого пришло намного позже. Лишь спустя два дня я понял, что виноваты мы оба. Обычно спокойные, мы дали волю эмоциям. Однако вместе с пониманием пришло и чувство вины: прежде я никогда не позволял себе кричать на любимую женщину.
Я ненавидел себя за это, понимая, что Рите будет очень сложно простить меня. Я слишком сильно обидел ее. Теперь между нами стена, и я не знаю, возможно ли ее разрушить…
Глава 22. Яна
Новогоднюю ночь я провела за праздничным столом семьи Де Вито: к Мэтту прилетели его родители - Дженнифер и Джек - и младшая сестра Эмма. Мэтт решил дать нам возможность пообщаться в семейной обстановке и потому предложил мне присоединиться.
Они прилетели еще вчера. Мэтт попросил меня встретить их вместе с ним. Парень не показывал этого открыто, но было заметно, что он волновался. Для меня осталось загадкой, чем это было вызвано: предстоящей встречей с родными или тем, что он готовился представить им меня...
Близкие очень тепло поприветствовали друг друга: они обнимались, улыбались и довольно шумно и забавно обменивались приветствиями. В это время я стояла за спиной Мэтта, и, как только его родители заметили меня, он представил нас друг другу. Они сразу отнеслись ко мне хорошо, скорее всего, обрадовавшись тому, что в другой стране у него есть близкий человек.
Несмотря на то, что у меня не было опыта общения с американцами, мы сразу нашли общий язык. Родители Мэтта заметили мою с трудом скрываемую нервозность и проявили дружелюбие: они были внимательными и общались со мной так, будто знали меня довольно давно. Эмма тоже оказалась милой девушкой. Сейчас ее больше интересовал брат: они много общались, обмениваясь новостями об общих знакомых. Иногда она отвлекалась на городские пейзажи вокруг. Именно местные достопримечательности позволили и нам немного поговорить. Девушка заинтересовалась моей работой переводчицы, поспрашивала о городе и, как мне показалось, в целом осталась довольна выбором Мэтта.
Де Вито заселились в гостинице, так как разместить троих человек в небольшой квартире Мэтта оказалось проблематично. Но они и в этом видели лишь положительные стороны: их не огорчило, что им приходилось расставаться с сыном по вечерам, ведь он уже был слишком взрослым, чтобы ограничивать его личное пространство. Мне казалось, что они были настолько рады увидеть сына, что их было трудно чем-либо расстроить.
В настоящее время квартира Мэтта казалась мне маленьким островком тишины и адекватности по сравнению с тем, что творилось у меня дома. Там был настоящий кошмар: на один кубический метр собралось слишком много родственников. Я буквально считала часы до того, как они разъедутся, но понимала, что пару дней в новом году все же придется помучиться.
Не считая нас с мамой, в доме находилось четверо взрослых и трое детей. Двое младших племянников восьми и десяти лет занимали все свободное пространство, но больше всего любили проводить время в моей комнате, смотря фильмы и играя в видеоигры. Мальчики оказались довольны избалованными детьми: они совсем не реагировали на замечания матери, а когда мне захотелось побыть в своей комнате в тишине, я попыталась усмирить их, за что получила резкий отпор от детей и стала строгой и злобной тетей в их глазах.