Джи буквально загорелся идеей. «К черту этих промоутеров! – сказал он. – Хрен им, а не сорок процентов, когда билеты мы будем продавать сами».
Легко сказать. Глава «Premier Talent» Фрэнк Барсалона, известный как «самый влиятельный человек в музыкальном бизнесе», и слышать ни о чем не хотел. Он ввел в этот бизнес большинство молодых рок-промоутеров, постоянно заполняя все доступные концертные площадки. Его благосостояние росло на принципе «60 к 40», а каждый получал свой кусок пирога. Но Джи захотел отхватить самый большой кусок. Барсалона решительно стоял на своем: никаких «70 к 30», «80 к 20», и уж тем более «90 к 10». Никто не смеет перечить самому Фрэнку Барсалоне.
Микки Мост, все еще деливший офис с Питером, услышал спор по телефону. «Вам не обязательно рекламировать Led Zeppelin, – возмущался Грант. – Просто объявите по радио, что они играют на “Мэдисон-сквер”, и через час билетов не будет».
Джи считал, что Барсалону с «Premier Talent» пора списать в утиль. Он поручил Тони Мандичу, менеджеру «Atlantic» по связям с артистами Западного побережья, позвонить на радио и сообщить даты ближайшего тура Led Zeppelin, добавив, что старт продаж билетов состоится в 10 утра следующего понедельника. «В 11–12 часов нам позвонили из “Forum” и сообщили, что билетов больше нет», – вспоминал Мандич. С рекламой второго концерта прошел точно такой же трюк.
Что и требовалось доказать. Грант отныне сам организовывал концерты Led Zeppelin. Ну, или с помощью тех, кто готов на «90 к 10». Новые условия примет любой уважающий себя промоутер. Пускай возмущаются, разве у них есть выбор? В любом случае они положат в свой карман кучу денег, зато на его условиях. Соглашаться на это или нет – решать им.
«Нам не нравились новые правила, но понимали, к чему клонит Грант. Если у вас самая крутая группа в мире, ты устанавливаешь правила сам», – говорит Дон Лоу, организатор концертов в Бостоне.
Промоутеры сдались, как предполагал Питер. На их месте он бы сделал то же самое. «Я бы не раздумывая взял десять процентов с Led Zeppelin – большие деньги и никакого риска», – кичился он.
«Premier Talent» умыли руки, и при участии «Concerts West», нового влиятельного игрока на музыкальной сцене, весь летний тур Led Zeppelin прошел по формуле «90 к 10». Аншлаги на больших площадках принесли в казну группы фантастические суммы наличных. Не столько из-за отсутствия доверия, сколько стараясь избежать тяжелого налогового бремени, Джи не брал чеки. Зачем оставлять за собой бумажный след? Он запихивал сотни тысяч купюр в дорожную сумку и возил ее из города в город. Любая нужда, будь то карманные расходы, оборудование и наркотики, удовлетворялась кипой банкнот из кармана Питера.
По мере роста доходов увеличилась и продолжительность концертов, часто растягивающихся на три с лишним часа. «Heartbreaker», «Rock-n-Roll», «Dazed and Confused» и, конечно же, «Stairway to Heaven» – публика ждала любимые песни. Только попурри на основе «Whole Lotta Love» и «Moby Dick» продолжались около часа. Гитарные соло Джимми становились дольше, превращаясь в отдельные номера. Иногда Роберт задумывался, удастся ли ему найти момент вступить с вокалом. Когда ему удавалось, он ловко вплетал в композицию несколько тактов из любимых «Hello, Mary Lou», «Money Honey», «Heartbreak Hotel», «It’s Your Thing», «Everybody Needs Somebody to Love» и даже «59th Street Bridge Song (Feelin’ Groovy)» Саймона и Гарфункеля. Все прониклись абсолютной свободой.
В репертуар тура вошла не только большая часть альбома 
, но и новые песни. Led Zeppelin представили публике треки разной степени завершенности: «Ocean», «Dancing Days», «The Crunge» и «Over the Hills and Far Away». Поклонники и не догадывались, что с начала года музыканты работают над очередным новым альбомом.
Джимми сетовал, что запись альбома шла очень тяжело. «Родить, наверное, и то легче», – шутил он. Но, как и многие женщины, прошедшие через такое испытание, он готов был повторить его снова и снова. «Моя главная цель… продолжать двигаться вперед», – говорил Пейдж.
Около недели в феврале 1972 года Led Zeppelin репетировали в фермерском доме Илсингтон в графстве Дорсет. Эти живописные края в конце прошлого столетия вдохновляли Томаса Харди, автора знаменитого романа «Тэсс из рода д’Эрбервиллей». Домик и размещенная в нем студия «Jabberwocky» принадлежали Артуру Брауну, автору громкого хита 1968 года «Fire». Энди Джонса на посту звукорежиссера сменил Эдди Крамер, известный по работе с Джими Хендриксом. Еще при записи LZII он ассистировал основному звуковику, а теперь, прилетев из Штатов, лично руководил студийной работой.