Третий концерт в Чикаго, 9 апреля 1977 года, стал одним из тех, которые войдут в историю. Он начался неудачно: Джимми сыграл «Since I’ve Been Been Loving You», в то время как остальная группа завела «In My Time of Dying». В целом, его игра была небрежной, неровной. Через сорок пять минут после начала концерта Джимми сел, схватился за живот и разложился на сцене прямо посреди «Ten Years Gone».
«У Джимми приступ гастроэнтерита», – объявил Роберт, и группа ушла на пятиминутный перерыв. Через десять минут Ричард Коул взял микрофон и объявил об отмене концерта.
Джимми списал боли на пищевое отравление, но упорные слухи настаивали, что дело в наркотиках. «Не думаю, что виной тому препараты, – говорит Джанин Сейфер. – В то время он сидел на своеобразной диете и пил странные коктейли. Возможно, причина кроется здесь». Прилетев в Штаты, Пейдж питался исключительно жидкостями. Он взбивал в блендере бананы, витамины и дайкири. Но может бедняга Пейдж плохо смешал свой смузи с бутылочкой «Jack Daniel’s», с метаквалоном, или чем-нибудь позабористей? Можно лишь гадать.
Атмосфера гастролей становилась все более мрачной. На запланированный несколькими днями позже концерт в Миннеаполисе Led Zeppelin опоздали на час и десять минут. После шоу Джимми вступил в перепалку с врачом группы Ларри Бэджли, из-за успокоительных, пропавших из аптечки. (Позже Джимми признался, что «действительно украл таблетки у доктора Бэджли»). На концерт в Сент-Луисе «Цеппелины» тоже опоздали. И в Индианаполисе. И в Луисвилле. И в Кливленде. С каждым днем их поведение становилось все хуже. В Чикаго Бонзо разрушил свой номер в отеле «Амбассадор», выбросив диван, тумбочки, кондиционер и телевизор с десятого этажа на улицу, а затем уничтожил целый бильярдный стол, подняв его несколько раз и разбив вдребезги. Ущерб составил 5100 долларов.
Хаос достиг эпического размаха на концерте в Кливленде в конце апреля. Led Zeppelin заселились в «Swingos», знаменитое пристанище звезд рок-н-ролла. Каждый номер имел уникальное оформление, и согласно местной газете «Plain Dealer», наши герои превратили «свои хоромы в Содом и Гоморру».
«Мой номер назывался “Бамбуковая комната”, – вспоминает Дэнни Маркус, присоединившийся к группе на Среднем Западе. – Вся четверка завалилась ко мне, схватилась за стойки бамбуковой кровати и тянула их, пока не обрушился матрас. Стойка Бонзо сломалась, и он начал мутузить ей по бамбуковому вееру, измельчая тот в щепки. Они разгромили весь номер». Как в старые добрые времена. По словам владельца отеля, Джима Свингоса, «они разбили светильники, стены, окна и зеркала». Переходя из номера в номер, Джон Бонэм размахивал бамбуковой дубинкой, круша все на своем пути. Счет только за причиненный ущерб составил 13 тысяч долларов.
«Мы заходим так далеко ради смеха, – объяснил Роберт. – Мы делаем то, что делаем, потому, что это весело».
Однако трудно было не заметить, что в них кипел гнев. В голове не укладывалось, что столь разрушительные эмоции могут бушевать внутри всемирно обожаемой группы, которая восемь лет была на вершине мира, была сказочно богата и дарила миру уникальную музыку высшей пробы.
Большую роль в этом сыграл кокаин. На гастролях его было очень много – «целые лодки», как сказал один из ключевых членов их окружения, «и чем больше кокаина люди употребляли, тем параноидальнее и агрессивнее они становились». А вместе с тем и музыка – или, по крайней мере, тон, который она задавала.
Фанаты, наслушавшись историй о бесчинствах группы, начали подражать своим кумирам. Беспорядки с арестами произошли в Сент-Поле, где сотни безбилетников брали арену штурмом, и продолжились в Цинциннати, где, по сообщениям местных газет, «легионы хулиганов» вступили в бой с полицией, что завершилось сотнями задержаний. В Майами, в очереди за билетами, тысячи фанатов разгромили стадион «Orange Bowl», после чего полиция применила слезоточивый газ. Второй вечер в Цинциннати омрачила смерть фаната, сорвавшегося с третьего яруса «Riverfront Coliseum». Беспорядки окружали Led Zeppelin, куда бы они ни отправились.
То, что Джимми не в кондиции, стало видно невооруженным взглядом. Всегда стройный, невероятно красивый мужчина в последнее время стал похож на паука и ел все меньше и меньше. Он начал спотыкаться и клевать носом на сцене. Перед концертом в Детройте в конце апреля 1977 года, Джимми окончательно превратился в развалину.
Впереди намечался важный концерт на огромной арене «Silverdome» в Понтиаке. Она вмещала более 75 тысяч человек. Для удобства группа расположилась неподалеку в традиционном непримечательном мотеле. За час до начала концерта Джимми согласился дать небольшое телефонное интервью.