«Я решил, что эта табличка выглядит круто», – сказал позже Уоррен. Он начал снимать табличку Led Zeppelin с крепления.
В этот момент мимо проходил коллега Грэма Джим Мацоркис. Он сказал Уоррену, что таблички должны оставаться на месте до завтрашнего шоу.
«А я заберу их», – настаивал Уоррен.
«Нет, не заберешь», – ответил Мацоркис, отбирая у мальчика табличку.
Уоррен сразу же побежал к отцу и, приукрашивая события, сообщил ему о случившемся. По версии Уоррена, Мацоркис чуть ли не влепил ему пощечину и сбил с ног.
«Я стояла там и все видела, – вспоминает Джанин Сейфер. – Никто и пальцем не тронул Уоррена Гранта. Я повернулась к Джону Биндону, который уже подгонял Питера, и сказала: “Ничего не случилось. Никто его не трогал!”»
Но ее слова пропустили мимо ушей. Накачавшиеся Биндон и Питер услышали то, что хотели услышать, «превратившись в две пороховые бочки», как говорит Сейфер.
Тучи сгущались. Из-за долгих непримиримых переговоров на ранних концертах в «Fillmore», отношения Гранта и Грэма балансировали между крайней ненавистью и бесконечной симпатией. Крутые парни Питер и Билл, проделав длинный путь к успеху, привыкли добиваться своего. Стив Вайс, еще один враждующий с Грэмом сорвиголова, входил в оклендскую свиту Led Zeppelin. Группировки столкнулись друг с другом во второй половине дня, и между ними сразу почувствовалась едва скрываемая вражда.
Градус ненависти поднялся еще накануне концерта. По приказу Гранта, Ричард Коул позвонил Грэму и потребовал 25 тысяч долларов аванса, не предусмотренного сделкой. Прямо сейчас! И наличными. На фестивале они заработали бы сотни тысяч долларов. Но поздним пятничным вечером, когда все банки закрылись, наличный аванс казался подлой и бессердечной просьбой на грани вымогательства. Билл же знал, что, откажись он выполнять просьбу, Led Zeppelin, скорее всего, не выйдут на сцену. Он собрал деньги, засунул их в три коробки из-под обуви и лично отвез их в отель «Miyako», где остановился Джи.
Войдя в номер Питера, Грэм сразу все понял. Кроме Джи в комнате находился еще один человек. Мужчина в ковбойской шляпе слыл крупнейшим наркоторговцем Окленда. «Мне следовало уйти сразу и не отдавать деньги», – говорил Грэм, сожалея о своем соучастии в очевидной сделке с наркотиками. Но, вложив в двухдневный фестиваль все силы, он не мог спугнуть Питера Гранта и его группу.
На следующий день Led Zeppelin выступили не хуже, но и не лучше обычного. Джимми потребовалось некоторое время, чтобы раскачаться. Он выглядел потерянным, а его пальцы, казалось, слиплись. Его бесчисленные соло звучали слишком однообразно и сливались в кашу. По словам газеты «San Francisco Chronicle», в его игре «зачастую отсутствовал тот гитарный дух, который возвел его на пьедестал величайших звезд рока». Но остальные участники группы были в прекрасной форме, особенно Роберт, чей голос уже давно не звучал так сильно. В любом случае, они выполнили программу, отыграв полных три с половиной часа и завершив выступление тактической бомбардировкой хитов: «Kashmir», «Achilles Last Stand», «Stairway to Heaven», «Whole Lotta Love», «Rock and Roll» и «Black Dog» – один за другим. Фанаты уходили ошарашенные, не понимая, что их поразило.
Джим Мацоркис, что складировал оборудование в трейлер за сценой, тоже не сразу понял, что происходит. Как только Led Zeppelin ушли со сцены, Питер Грант и Джон Бонэм перегородили ему путь. «Как ты смеешь так разговаривать с моим ребенком? – кажется, Джи пытался выплеснуть весь гнев, что копился в нем в течение дня. – Никто не смеет так себя вести. Кем ты себя возомнил? Поднял руку на ребенка? Да я оставлю тебя без работы!»
«Тебе это не по силам», – ответил Мацоркис.
Бонзо взлетел вверх по металлическим ступеням и пнул Мацоркиса прямо в пах прежде, чем тот успел обернуться. От удара Джим упал в трейлер. Бонзо уже собирался зайти внутрь, но за несколько секунд до этого его задержала собственная охрана, а Мацоркис успел отползти и спрятаться в другом трейлере.
Вскоре Билл Грэм увидел Гранта, который ревел от злости, усиленной убийственной дозой кокса. «Твой человек напал на одного из моих. На моего сына», – рычал Джи, настаивая на встрече с Мацоркисом, чтобы «помириться и уладить разногласия».
Идея была, прямо скажем, так себе. Грэм хорошо ознакомился с охраной Led Zeppelin и пришел к выводу, что те «представляли собой жаждущих крови диких тварей и отморозков». Тем более он знал о склонности Гранта к насилию. Он попытался утихомирить Питера и получить от него гарантии. «Даешь слово?» – спросил Грэм. Получив от Гранта утвердительный ответ, они отправились на поиски Мацоркиса.