Рецепт прост – турне по США и новый альбом. Последние десять лет эта формула работала без сбоев, так к чему изобретать велосипед.
Несмотря на это, Питер Грант старался не поднимать этот вопрос в разговоре с Робертом. Стратегия заключалась в том, чтобы дать ему свободу, позволить вновь наслаждаться выступлениями – и тогда он сам проникнется этой идеей. Грант отлично разыграл свои карты. Находясь в Германии, Роберт спросил Бонзо: «Почему Грант до сих пор ничего не сказал мне об Америке?» Наконец, когда группа приземлилась в Гатвике и пошла по взлетной полосе к терминалу, Роберт подошел к Питеру и дал свое добро. «Хорошо, я согласен, – сказал он, – но только на четыре недели».
Четыре недели? Неплохо для начала. Джи забронирует площадки на четыре недели, а потом еще на четыре, просто так, на всякий случай. Тур можно назвать, например, «Led Zeppelin, 1980-е: часть первая» («Led Zeppelin, the 1980s: Part One»). А потом, чем черт не шутит, если Роберт втянется, будет и вторая, и даже третья часть. Грант немедленно вызвал Фила Карло: «Я получил согласие от Джимми и Роберта. Мы едем в Америку, а ты станешь тур-менеджером».
Тем временем Ричард Коул не просто отошел от дел, он сидел в тюрьме. Как и велел Джи, он отправился в Италию, с твердым намерением привести себя в порядок. Перед отъездом Херб Аткин попросил Ричарда встретиться с его бизнес-партнером в римском отеле «Excelsior», чтобы обсудить дела Led Zeppelin. Ричард заселился в отель, но по какой-то причине коллеги Аткина там не оказалось. На следующее утро в номер Ричарда вломились итальянские спецназовцы. В тот же день, что Коул прибыл в Италию, на вокзале в Болонье произошел взрыв. Рикардо арестовали по подозрению в терроризме. Ситуацию усугубил обнаруженный при обыске пакетик с кокаином.
Очевидно, его подставил Херб Аткин. В конце концов, сфабрикованное дело о терроризме развалилось, но осталось обвинение в торговле наркотиками. «После того, как Коула признали виновным и вынесли приговор без права апелляции, мне позвонил Стив Вайс: “Ты должен что-то сделать”», – вспоминает Джефф Хоффман, нью-йоркский юридический решала. В это время, Хоффман числился главным адвокатом мафиозного босса Джона Готти, что уклонялся от ряда дел о рэкете. Джефф прилетел в Рим и встретился с Ричардом в тюрьме «Ребиббия» на окраине Вечного города. «Ситуация сложилась серьезней некуда, но с помощью кое-каких махинаций мы добились освобождения Ричарда через шесть месяцев».
Пока разыгрывалась драма с итальянским правосудием, полным ходом шла подготовка нового тура Led Zeppelin. Кусочки мозаики из городов США складывались в единое целое – всего девятнадцать концертов, с первым 17 октября 1980 года в Монреале и условно последним в Чикаго 15 ноября. Более чем плотное расписание, предусматривающее небольшие выходные, но главное – охватывающее площадки всех крупных городов Восточного побережья.
«Все уже было готово, – вспоминает Шелли Кей, ведущая подготовку из офиса “Swan Song” в Нью-Йорке. – Маршрут построен, отели забронированы, перелеты намечены. Даже гастрольные куртки заказали. Каждый винтик стоял на месте, каждый работник знал, что входит в его обязанности. Даже коммуникация между офисами работала как надо».
Активно обсуждался новый альбом, и Джимми не терпелось приступить к работе. По его мнению, Presence было «нелегко слушать», а In Through the Out Door Джимми называл «мягкотелым» и уж точно не лучшим своим творением. «Мы с Бонзо начали обсуждать планы по подготовке хард-роковой пластинки после гастролей. Я хотел вернуться к прежнему, бодрому звучанию, которое нам, наконец, удалось нащупать», – говорил Джимми. Другими словами, обратиться к основам, строгим, пушечным аккордам с «парочкой по-настоящему жарких риффов» в лучших традициях Led Zeppelin. Надежный план.
Для подготовки к турне группа забронировала студию «Bray» в Виндзоре. 22 сентября Роберт и Бонзо вместе приехали из Мидлендса, но ударник заметно нервничал. «На него нельзя было без слез взглянуть, будто что-то пожирало его изнутри», – говорил Гленн Хьюз из Deep Purple, столкнувшийся с Бонэмом еще на малой родине. Джон, как обычно, боялся гастролей и не хотел покидать дом, а поездка в Америку снилась ему в кошмарах.
«В Англии играть намного легче, – признавался он. – Садишься в тачку, выезжаешь из гаража, возвращаешься домой после концерта, – и все так хорошо, непринужденно. А в Америке целый день торчишь в каком-нибудь отеле, препираешься со всяким сбродом и все такое, а потом тащишься на концерт».