Реакция Джи объяснялась не только его сентиментальностью. Дело в том, что именно исключительное мастерство игры Бонзо обеспечивало драйвовое звучание Led Zeppelin. Как показало время, Джон Бонэм вошел в историю рок-н-ролла как один из самых влиятельных барабанщиков, а о его невероятном искусстве игры ногой и кистями, сопряженном с поразительной ловкостью, до сих пор слагают легенды. Его чувство ритма можно было включить в палату мер и весов. Как можно заменить Бонзо?
4 декабря 1980 года лейбл «Swan Song» опубликовал официальное заявление музыкантов, с целью окончательно пресечь слухи и спекуляции по поводу будущего группы: «Потеря нашего дорогого друга и глубокое уважение, испытываемое к его семье, вместе с пониманием гармонии, исповедуемой нами и нашими менеджерами, заставили нас принять решение, что мы не можем существовать в прежнем виде».
Джимми был опустошен. Led Zeppelin были его детищем, которое он зачал, вскормил, холил и лелеял, а теперь и похоронил. Последние события повергли его в шок. «Я почувствовал себя уязвимым, – говорил Пейдж, оглядываясь назад. – Кромешный ад, из которого я не мог найти выход. Мне казалось, что я нахожусь в абсолютном вакууме. Но, в конце концов, уехав на Бали, я начал лучше соображать». По собственному признанию, он не прикасался к гитаре два года.
С Робертом дела обстояли не лучше. «Он пытался смириться с тем, что произошло», – говорит Ле Февр. Он попросил Бенджи составить ему компанию в родном городе Киддерминстер, но избегал всего, что напоминало бы ему о Led Zeppelin. «Мы ходили в паб “Queen’s Head”, мы ходили на футбол, иногда мы устраивали футбольный матч в Уэльсе по воскресеньям. Вот, по сути, и все: футбол и пиво». Бенджи и один из громил Питера Гранта, Рекс Кинг, поселились в передвижном доме у подъездной дороги Плантов и неделями стояли на страже, отгоняя папарацци.
Джоунси не испытывал таких проблем с прессой. Человек-загадка, он, кажется, даже спустя десятилетие всемирной известности, мог зайти в подтрибунное помещение стадиона, заполненного фанатами Led Zeppelin, и остаться незамеченным. «Во время европейского турне мы с Джоунси вернулись в отель из города и увидели толпу поклонников у главного входа», – рассказывал Фил Карло. Он поспешил предупредить Джона Пола, что придется свернуть за угол и войти через черный вход. «Зачем, Фил? Никто меня не узнает», – ответил Джоунси и спокойно прошел через толпу.
Но теперь Джоунси заперся дома, терзаемый гневом. «Такая утрата», – сокрушался он. Смерть Бонзо ударила по нему так же сильно, как и по остальным. Его мучило чувство вины из-за всех бесчинств, которые они творили. «В конце концов, это могло случиться с любым из нас».
Но тяжелее всего пришлось Питеру Гранту. «После смерти Джона Питер посыпался окончательно, – говорит Обри Пауэлл, один из немногих друзей, которому разрешали навещать менеджера. – Ни до, ни после, мне не доводилось видеть, чтобы такой могущественный человек так быстро превращался в развалину». В его жизни наступили «темные времена», как их называл сам Джи. «Он все глубже и глубже скатывался в депрессию, понимая, что приключение закончилось», – говорит Фил Карло.
Когда Пол Роджерс поссорился с Бозом Барреллом, распались и Bad Company, что явно не способствовало улучшению самочувствия Гранта, более не способного вести дела. Бизнес больше его не интересовал. «Полный пофигизм во всем, – признается Шелли Кей. – Стив [Вайс] не мог связаться с Питером, и мы прогнали различные сценарии развития событий. А вообще, с Питером все в порядке? О чем он думает? Насколько он вообще дееспособен?»
На кон были поставлены финансы Стива Вайса, и он взывал к ответу. Отчаявшись дозвониться до Гранта, он вылетел в Лондон, чтобы встретиться лицом к лицу, но Питер отказался выходить из дома. «За ним прислали лимузин, – говорит Бенджи Ле Февр, – затем вертолет. Но он и ухом не повел». В конце концов, Бенджи согласился выступить в качестве посредника. Он отправился в Хорселанджес, где Рэй Уошберн сообщил, что Питер почти три дня сидит у рва, окружавшего усадьбу.
«Я застал Джи на скамеечке, он смотрел в воду, а на коленях у него лежало заряженное ружье. Он повторял: “Я знаю, что эта чертова щука там, Бенджи, и я поймаю ее”». Бенджи спросил его о встрече со Стивом Вайсом. «К черту Вайса, – сказал Питер. – Я должен поймать эту щуку».