— Будь такая возможность, я бы с удовольствием испортил вам не один вечер.
— Тебе мало того, что ты уже влез в наши отношения? — сказал Стас, его голос стал ещё более резким.
— Ты прав, я обещал тебе больше не лезть, но музыку выключать я не собираюсь, я работаю. Не думаю, что Кате она мешает.
Неужели Костя и правда дал такое обещание Стасу? Как Стас вообще мог себе позволить брать такие обещания с других? Это так гадко. Между ними образовалась тишина. Стас сверлил Костю взглядом, полным ненависти и презрения. Вдруг Стас сказал:
— Ты, видимо, плохо понял в тот раз? Хочешь, я ещё раз позвоню своим людям? Они напомнят тебе. Ты, наверное, уже привёл свой джип в порядок? Придётся приводить заново. Или ты забыл, как плевался кровью?
Всё встало на свои места. Правда, которую я так долго искала, наконец-то открылась. Как же больно было осознавать, что всё это время я была так слепа. Неужели я могла настолько ошибаться в людях?
Стас… Это он избил Костю. Он же испортил его машину. Неужели он способен на такое? Как же я могла не видеть этого раньше? Ведь Костя пытался меня предупредить, говорил, что Стас опасен, что ему нельзя доверять. Но я не слушала его, думала, что он просто ревнует. А теперь понимаю, что он был прав. Я стояла у двери, уставившись в одну точку, и в голове прокручивались воспоминания о том, как Костя пытался меня предостеречь. Он говорил, что Стас сделает мне больше, что он какой-то не такой. Но я отмахивалась от его слов, не хотела верить, что Стас может быть таким. А теперь, когда всё это открылось, я понимаю, что Костя был прав. Стас оказался настоящим чудовищем. Он избил Костю только за то, что он попытался меня защитить от него же самого. От осознания этого мне становилось ещё больнее. Я понимала, что виновата в том, что случилось с Костей. Если бы я послушала его, ничего бы этого не произошло. Я закрыла глаза, пытаясь справиться с болью и чувством вины. Но воспоминания продолжали терзать меня, возвращая к тому моменту, когда Костя пытался меня предупредить.
Я снова услышала голос Кости, который вытянул меня из этих мыслей.
— Ты хочешь ударить меня? — спросил он у Стаса. Его голос оставался таким же твердым и спокойным, каким всегда был. Я уверена, что он не боялся его.
Вдруг Стас засмеялся во весь голос. Я даже испугалась такой реакции. Это был какой-то безумный, зловещий смех, от которого по коже пробежали мурашки. Он звучал совсем не так, как обычно. В нем не было ничего веселого или доброго. Скорее, это был смех маньяка, который только что совершил что-то ужасное. Я не могла понять, что происходит. Почему Стас так смеется? Что он собирается сделать? Мне было страшно, но я не могла отвести глаз от этой сцены. Костя стоял перед Стасом, не двигаясь и не произнося ни слова. Он ждал ответа. Но Стас продолжал смеяться, не обращая на него внимания.
— Конечно, я не буду тебя бить, — выпалил Стас, успокоившись. — Зачем мне марать руки о такого, как ты?
— Или ты просто трусливый подонок? — спросил у него Костя.
— Что ты сказал? — Стас сделал шаг вперед, его лицо покраснело от злости.
— Я сказал, что ты трусливый подонок, — повторил Костя, не отступая назад. — Ты такой смелый на словах. А сам боишься выйти один на один и используешь своих людей.
Стас сжал кулаки, его глаза сверкнули от ярости. Он явно был готов броситься на Костю, но что-то его останавливало. Может быть, он боялся его? Или, может быть, он понимал, что Костя прав?
— Ты пожалеешь об этих словах, — прошипел Стас сквозь зубы.
— Я уже пожалел, что связался с тобой, — ответил Костя. — Ты оказался не тем, за кого себя выдавал и втянул в это ещё и Катю.
Стас замер.
— Мы ещё поквитаемся с тобой, — процедил Стас сквозь зубы. — Всё, что тебе дорого, достанется мне. Катя и твой клуб будут моими.
— Катя для меня ничего не значит, — ответил Костя, стараясь говорить как можно спокойнее.
— О, нет, Костя, если бы она ничего не значила для тебя, всего бы этого не было, — усмехнулся Стас. — Но ты разозлил меня, и я собираюсь отнять у тебя всё.
— Не получится, — твердо сказал Костя. — Ни Катя, ни мой клуб тебе не достанутся.
— Посмотрим, — ответил Стас. — У меня есть свои методы.
Вдруг меня осенило. Неужели Костя действительно чувствует что-то ко мне? Все эти мимолетные взгляды, все его действия кричали о том, что я для него что-то значу, а я этого не замечала. Я вспомнила, как он вёл себя тогда в «Капкане», как он защитил меня, не боясь последствий. Тот разбитый стакан — это он его разбил после моего поцелуя со Стасом. Всё идеально сходится. Но почему он молчал? Почему ничего не говорил о своих чувствах? Это, видимо, из-за наших плохих соседских отношений, но ведь было не всё так плохо, мы почти никогда не ругались серьёзно, а только шутили друг над другом. Это было весело. Вспоминая все эти беззаботные моменты, я улыбалась.